Война в Сирии, с учетом российских ошибок на Донбассе

Вчера, 19 июня, поступило печальное известие о смерти Андрея Тимошенкова, который героически остановил автомобиль со смертниками, намеревавшимися прорвать оборону у места выдачи гуманитарной помощи населению провинции Хомс.

Неясно, однако, всю ли информацию о действительном количестве погибших в Сирии российских военнослужащих передают представители Миноброны. Каков реальный масштаб потерь и почему героя хоронят в тайне?

Не так давно Министерство обороны Российской Федерации подтвердило факт гибели 35-летнего Михаила Широкопояса, который получил серьезные ранения, участвуя в российской военной операции в Сирии в мае 2016-го года. Младший сержант Широкопояс умер 7 июня, если верить картотеке главного военного клинического госпиталя имени Н.Н. Бурденко, расположенного в Москве.

Артиллерист-контрактник был похоронен в Амурской области, откуда он родом, со всеми воинскими почестями, однако в тайне. Информация о кончине поступила от отца погибшего военнослужащего. Стоит отметить, что Михаил Широкопояс — десятый по счету военный из России, чья смерть наступила в следствие участия в боевых действиях в Сирии и получила официальное подтверждение от Министерства обороны.

Проблема сокрытия фактического количества жертв российского участия в сирийской операции обеспокоила представителей партии «Яблоко». Свои комментарии по этому поводу дал председатель регионального отделения, расположенного в Пскове, Лев Шлосберг. Напомним, что два года назад он был первым, кто публиковал сведения о тайных похоронах десантников из России, которые погибли на Юго-Востоке Украины. Но русских на Донбассе не было — мы об этом, конечно же, помним.

Как отмечает Шлосберг, ситуация с военными в Сирии имеет принципиальное отличие от той, что была в Украине: официальное участие российской стороны в «контртеррористической» сирийской операции признается всеми и даже превозносится в качестве святой миссии.