Фанаты хотят фанатеть

Футбол как заменитель войны.

Фанаты и профессионалы.

Вы не поверите, но были такие времена, когда в итальянских футбольных клубах играли только итальянцы, во французских — только французы, в германских — немцы и т. д. Я еще эти времена застал. Потом появились легионеры, их число лимитировалось — поначалу жестко, потом менее жестко… В те далекие времена невозможно было даже вообразить, что цвета национальных сборных будут защищать вчерашние иностранцы, натурализованные в срочном порядке. Сегодня это норма. Глобализация победила.

Рост фанатского движения, его подчеркнутая агрессивность — это реакция на глобализацию. Сами футболисты превращаются в космополитов, в высокооплачиваемых наемников, которым все равно, за кого воевать. В этом нет их персональной вины, такова система. Если за пятнадцать лет активной карьеры спортсмен сменил пять-шесть клубов, то как он может быть патриотом какого-то одного клуба? Для этого надо в клубе вырасти, пропитаться его традициями, потаскать, условно говоря, бутсы за ветеранами… Конечно, и до нынешнего витка глобализации, происходили переходы из клуба в клуб, но костяк команды составляли «однолюбы».

Раньше игра за национальную сборную была пиком биографии футболиста, сегодня — это лишь эпизод в его спортивно-коммерческой карьере. Несомненно, важный, но эпизод.

Сами футболисты становятся космополитами, но кто-то же должен поддерживать огонь патриотизма — и клубного, и национального. Эта функция легла на болельщиков, не только на радикалов-фанатов, но и на «мирняк». Кто-то должен размахивать национальными знаменами на трибунах, гордо носить майки с клубной символикой (в то время как сами футболисты играют в майках с рекламой международных корпораций…). Иначе угаснут эмоции, и игра потеряет смысл. Ведь футбол — это эрзац, заменитель войны. А война, немножко перефразируем Клемансо, слишком серьезное дело, чтобы доверять ее профессионалам.