Приспособлена ли Латвия для детей?
«Латвия, приспособленная для детей» — так называется многоцелевая программа, принятая правительством еще в 2004 году. С тех пор Министерство благосостояния на основе информации, предоставленной практически всеми заинтересованными министерствами и ведомствами, периодически готовит ежегодный отчет о том, как живут дети Латвии, пишет TVNET.
Накануне очередное такое сообщение о положении детей за последний доступный для статистической обработки 2014-й год стало предметом обсуждения на заседании комиссии Сейма по правам человека и общественным делам.
Основной вывод — в 2014 году жить детям стало лучше, жить стало веселее, есть признаки позитивных перемен. В частности, снизились детская смертность и число малообеспеченных детей, на 39% упало число детей-курильщиков, но пятая часть школьников все равно курят регулярно, употребление алкоголя школьниками тоже не падает.
К негативным тенденциям можно отнести рост детской смертности в результате ДТП, увеличилось также число детей-наркоманов и токсикоманов.
В 2014 году зарегистрировано 15 случаев самоубийств среди несовершеннолетних против пяти в 2013-м. Среди преступных деяний взрослых, от которых страдают дети, на первом месте — преступления против нравственности и половой неприкосновенности — это 31% от общего числа зарегистрированных правонарушений. Причем, согласно отчету, в 2014 году число таких преступлений усилиями административных органов уменьшилось, что вызвало явное недоумение у представителей негосударственных организаций. По их мнению, число сексуально использованных детей только выросло.
Ария Мартукане руководитель объединения профессиональных семейных воспитателей «Тереза»:
«Если раньше это были девочки минимального возраста 3 года, то теперь это мальчики и девочки младенческого возраста, в 2-3 годика. И эти преступления ведь не фиксируются. Психологи констатируют сексуальное насилие, но это не фиксируется. И этот процент, если, скажем, у нас в Риге выходят на такую услугу, то это — 80%.
А если констатируется сексуальное насилие, то ребенка забирают из семьи и на 30 дней помещают в кризисный центр».
Лаура Цельмале, юрист общества «Центрс Дардедзе»:
«Оказываем социальную реабилитацию, расследуем, но каждый из нас приглашает ребенка к себе, просим рассказать, ведем на медицинскую экспертизу, еще куда-то, и ребенок вновь вспоминает пережитое.
По мнению тех, кто конкретно занимается этой проблемой, надо не детей возить по специалистам, а специалистов свести в одно место, и один раз опрашивать ребенка, а потом зафиксированные им показания могут использовать и полиция, и прочие службы. Недоумение вызвала и приведенная в официальном сообщении цифра — в 2014 году без вести пропавших детей числилось лишь 46».
Ингус Фрейбергс, представитель форума родителей Латвии:
«О семи сотнях детей, родители которых выехали за границу, нет информации в самоуправлениях.
Практически это означает, что родители уехали, ребенок остался в ведении бабушки и предоставлен сам себе. Таких уже около тысячи.
Много претензий к самоуправлениям и у представителя омбудсмена. По его мнению, не все в Латвии еще приспособлено для детей».
Лайла Гравере, руководитель детского отдела Бюро омбудсмена:
«Мы провели в 2015 году, годом позже, опрос всех самоуправлений, и картина очень печальная. Грустно, что у нас место заключения — то основное место, где детей учат, как проводить свободное время».