Советники 47-го президента США рекомендуют ему подготовить почву для выхода из прямого военного столкновения с Исламской Республикой, пока затянувшийся конфликт не обрушил рейтинги перед промежуточными выборами. Согласно отчету The Wall Street Journal, группа высокопоставленных помощников Дональда Трампа в частном порядке убеждает его сформулировать стратегию выхода из войны, которая идет уже вторую неделю. Основной аргумент — резкий скачок цен на нефть (уже превысивших 100 долларов за баррель) и падение общественной поддержки: опросы Associated Press показывают, что более 53% американцев выступают против продолжения кампании. Советники предлагают президенту «красивый» сценарий: заявить, что основные военные цели — разрушение ядерной инфраструктуры, флота и ракетных заводов Ирана — уже достигнуты, и пора передать эстафету региональным союзникам. Сам Трамп, как сообщают источники The Times of Israel, крайне удивлен тем, что Тегеран не капитулировал после массированных ударов и гибели аятоллы Хаменеи. Вместо этого Иран демонстрирует готовность к долгой войне на истощение, угрожая полностью перекрыть Ормузский пролив. На этом фоне в Белом доме зреет план по переносу ответственности: если операция затянется или перейдет в фазу хаоса, «козлом отпущения» может стать израильский премьер Биньямин Нетаньяху. Именно он, по данным The Washington Post, на протяжении месяцев убеждал Трампа в том, что иранский режим падет «как карточный домик» после первой же волны бомбардировок. Официально Белый дом в лице пресс-секретаря Каролин Ливитт называет эти слухи «чушью», заявляя, что операция идет по графику. Однако публичные выступления самого Трампа во Флориде уже начали менять тональность: он всё чаще говорит, что цели «почти выполнены» и США не планируют «бесконечную войну». Это выглядит как классическая попытка сохранить лицо: объявить о триумфе до того, как ситуация станет критической для американской экономики. Пока Пентагон рапортует о «самых интенсивных ударах», политическое руководство США, похоже, уже ищет дверь на выход, оставляя Тель-Авиву разбираться с последствиями «Эпической ярости» в одиночку.
