Арктика даёт сигнал тревоги не только в виде тающих льдов, но и в цвете воды. В последние годы множество рек в Аляске, Канаде и Сибири начали «ржаветь»: их прозрачные воды приобретают ярко‑оранжевый оттенок, как будто встроили в них огромный химический индикатор. Учёные отмечают, что масштабы этого явления их «поражают», а остановить его в текущих условиях человечество пока не в состоянии. Оранжевый оттенок — это, по сути, окисление железа, которое вымывается из почв и горных пород. В шахтах ржавая вода обычно связана с кислотными стоками, но в Арктике ситуация иная: железо попадает в реки из-за таяния многолетней мерзлоты и усиленных циклов замораживания-оттаивания. Как показывают исследования Уcбского национального исследовательского центра и Университета Умео, лёд в микроячейках между кристаллами действует как химический реактор, растворяя железосодержащие минералы, а последующий оттепельный поток выносит их в русла рек. В NOAA и USGS подчёркивают: в одних только реках Аляски уже более 200 водотоков перекрасились в оранжевый за последние годы, а в сибирских и канадских регионах картина схожая. Вместе с железом в воду попадают и другие тяжёлые металлы, что повышает кислотность и токсичность среды для рыб и водных организмов. Это критично для коренных общин, которые зависят от рек для поддержания рыболовства и питьевого водоснабжения. В издании The New York Times и блогах NOAA описывают это как «токсичный сток» из тающего тундрового ландшафта, который уже угрожает популяциям лососевых и другим ключевым видам. «Ржавые» реки — не эстетическая драма, а визуальный показатель глубинных изменений в мерзлотных ландшафтах. Учёные отмечают, что в районе Арктики потепление идёт в 2–3 раза быстрее, чем в среднем по планете, и это ускоряет разрушение пермаментно замёрзших слоёв почвы. Исследования, опубликованные в PNAS, показывают, что лёд в условиях -10 °C активнее растворяет железо, чем жидкая вода при 4 °C, а частые циклы замораживания-оттаивания лишь усиливают этот эффект.
