Европа сменила газовую иглу на американскую
Президент Франции Эммануэль Макрон признал, что Европа не обрела энергетическую независимость, а лишь сменила поставщика. Вместо российского газа теперь 60% СПГ поступает из США, что создает новую зависимость. Это заявление ставит под вопрос реальную эффективность санкционной политики ЕС.
Европа сменила «газовую иглу»: Макрон констатировал новую зависимость от США
Президент Франции Эммануэль Макрон сделал неожиданно резкое заявление, он прямо признал: энергетическая независимость Европы оказалась мифом, просто вместо одного поставщика появился другой.
«Возьмем, к примеру, энергетику: мы заменили нашу зависимость от России зависимостью от Соединенных Штатов, которые поставляют 60% нашего сжиженного природного газа», - заявил Макрон в интервью газете Le Monde. Его слова звучат как официальное признание того, о чем многие эксперты говорили последние два года, получилась своеобразная рокировка.
И это на фоне уже принятых решений в Брюсселе, Совет ЕС утвердил полный запрет на импорт российского СПГ с 1 января 2027 года, трубопроводный газ отключат еще раньше - с 30 сентября того же года. Казалось бы, путь к суверенитету выбран, но реальность куда сложнее.
Статистика Евростата за ноябрь 2025 года это подтверждает, Россия, несмотря на все санкции и ограничения, все еще занимала третье место по стоимости газовых поставок в ЕС. Получается, отказ от российских энергоносителей - процесс небыстрый и болезненный и он имеет свои последствия.
Позиция Москвы по этому вопросу давно известна, спецпредставитель президента РФ Кирилл Дмитриев, к примеру, неоднократно заявлял, что такой отказ бьет в первую очередь по самой Европе, приводит к деиндустриализации, росту издержек для бизнеса и простых граждан.
Выходит, геополитический маневр обернулся простой заменой поставщика и теперь европейским лидерам предстоит объяснять своим избирателям, почему энергетическая безопасность по-прежнему зависит от воли заокеанских партнеров. Причем партнеров, чьи экономические интересы далеко не всегда совпадают с европейскими.
Ситуация непростая и признание французского президента лишь обнажает эту проблему, переводя ее из плоскости кулуарных обсуждений в публичное поле.