Психолог Емельянова назвала признаки незавершенной сепарации от родителей

Знакома ситуация: вы уже несколько месяцев как расстались, но бывший по-прежнему «прописан» в мыслях. Физических встреч нет, а на психической территории диалоги продолжаются. Причем не так важно, в каком регистре они звучат: вы идеализируете и тоскуете по «исключительному человеку» или, наоборот, прокручиваете обвинения в адрес главного монстра своей жизни. Инвестиции в отживший контакт сохраняются — а значит, нет свободной энергии для создания нового союза. Вы застряли. Почему так происходит?

Даже если отношения завершились по вашей инициативе и с ясным пониманием, почему так лучше, они все равно оставили след. В этом отпечатке всегда намешано разное: образы прошлого, настоящего и несостоявшегося будущего; легкое, радостное, очаровательное — и тяжелое, тягостное, некрасивое. Проститься придется со всем сразу. Это — работа горевания.

Любая утрата ведет нас именно к такому переживанию. Парадокс в том, что горе — одно из самых избегаемых чувств в нашей культуре. Чтобы не сталкиваться с болью утраты, психика часто предлагает обходные пути. Например, бесконечно заходить на страницу в социальных сетях, отслеживать обновления, проверять, когда он или она была в сети в последний раз.

Полезность этой информации лучше не анализировать. Еще можно мониторить, на какие вечеринки ходят подруги бывшей — вдруг она там.

Несмотря на очевидную нелогичность этих действий, прекратить их бывает непросто. Психологический торг продолжается — теперь уже в диалоге с собой:

— Он перестал выкладывать сторис. Наверняка страдает, как и я. Может быть, еще можно все вернуть?

— Она ходит по гостям и будто легко меня забыла. Предательница. Скорее всего, она никогда меня не любила.

Так партнер и события внутри отношений начинают видеться то в черном, то в белом, порождая бесконечные размышления о том, кто прав, а кто виноват. Эта ментальная жвачка выполняет важную, хоть и разрушительную функцию: позволяет не прощаться, не горевать, не переживать себя в одиночестве и, как следствие, не завершать отношения по-настоящему. Это значит — не вступать в новые.

Почему же так легко застрять именно на этапе обиды, разочарования или идеализации?

Разрыв отношений, хотим мы того или нет, почти всегда возвращает нас к раннему опыту взаимодействия со значимыми близкими — матерью, отцом, бабушкой — и к тому, как в этих отношениях проживались наше взросление и психологическое отделение.

Профессионалы называют это сепарацией.

Если в семье не освоили навык уважительного отделения — с признанием различий, границ и ограничений, — а вместо этого разыгрывали другие сценарии, человек станет воспроизводить их и дальше. Например, слияние и подчинение, где любое отделение воспринимается как предательство. Или сценарий резкого, враждебного разрыва, где расставание возможно только через обесценивание и войну.

В таком случае в близких отношениях человек не учится признавать: мы разные, у нас есть несовпадения и они не обязаны быть фатальными. Он не учится выдерживать ограничения — свои и чужие — и вместо этого застревает в борьбе с реальностью.

Ментальное сквоттерство становится продолжением той же незавершенной сепарации: бывший партнер превращается в фигуру, через которую психика снова и снова пытается доиграть старый неосвоенный опыт.

Пока этот процесс не осознан и не прожит, освобождение внутреннего пространства невозможно. Без него также невозможно и по-настоящему новое — ни в отношениях, ни в жизни.

Автор публикации: семейный психолог Екатерина Емельянова.