Первая ошибка Трампа 562 прочтенияВчера
Опросы показывают наличие в США большого запроса на перемены, и во многом это объясняет динамику рейтинга Дональда Трампа уже после его переизбрания в ноябре.
К тому же, в глазах избирателя он за это время почти ни в чем не ошибался, но только «почти».
Ни странные внешнеполитические инициативы, ни неоднозначные кадровые решения не смогли испортить Дональду Трампу то, что американские политологи называют «медовым месяцем» избранного президента – период с победы на выборах и вплоть до вступления в должность. Его рейтинг за последние три месяца вырос. А ушедший от власти президент Джо Байден за тот же срок, наоборот, растерял даже ту поддержку, которая у него оставалась.
Статья по теме: Трамп затеял perestroika
Как известно, Трамп победил Камалу Харрис в трудной борьбе. А будь в США такая же избирательная система, что в большинстве других стран мира, можно было бы сказать, что он выиграл с минимальным отрывом. В абсолютных цифрах Харрис уступила лишь три миллиона голосов, что составляет 1% избирателей. Выиграй, скажем, Макрон у Марин Ле Пен в 2022 году с таким перевесом это было бы воспринято всей Францией как свидетельство вотума общественного недоверия победителю президентских выборов. Ведь «вымученной» называли даже его победу в первом туре, где он опередил конкурентку с разницей в 3%. Но США есть США. Здесь важно количество поданных голосов в каждом из штатов, а не в целом по стране. По этому показателю Трамп уверенно обогнал Харрис. Вот только повода в очередной раз порассуждать о необходимости замены устаревшей выборной системы он не дал. «Медовый месяц» убедительно продемонстрировал, что его победа была не случайной.
По данным агрегатора соцопросов RealClearPolitics, все три месяца рейтинг одобрения Трампа рос. Хорошие для него цифры показывали любые исследования – и те, что заказывал недружественный ему телеканал CNN, и оплаченные близким к республиканцам Fox news, и проведенные авторитетной, доказавшей свою нейтральность, соцслужбой Gallup.
Рейтинг Трампа впервые скакнул в ноябре, когда он стал называть кандидатуры в свою администрацию. Многие из них привели в ужас симпатизирующую демократам прессу и то, что именуется политическим классом. Главой Пентагона Трамп, напомним, собрался сделать бывшего телеведущего, ветерана войн в Ираке и Афганистане Пита Хегсета, командовавшего, максимум, ротой; в министры здравоохранения он двинул конспиролога и антиваксера Роберта Кеннеди-младшего; на пост директора Национальной разведки (то есть, куратора всех спецслужб страны) избранный президент предложил Талси Габбард, бывшую конгрессвумен, которую ее многочисленные недруги считали чуть ли не агентом России, а заодно Ирана и Сирии.
Тем не менее, американцам все эти потенциальные новые лица в Белом доме понравились. Единственный, кто, судя по опросам, «не зашел» избирателям – это кандидат на пост генерального прокурора Мэтт Гетц. Компромат в отношении него, ставший достоянием общественности (подозрение в сексе с несовершеннолетней) показался избирателям слишком убийственным. Трамп это осознал и, посовещавшись с однопартийцами, заменил Гетца на бывшего генпрокурора Флориды Пэм Бонди.
Но в определенный момент рост одобрения избранного президента все-таки замедлился. Это произошло, когда он начал фонтанировать неожиданными внешнеполитическими идеями.
Его намерение купить (или отобрать) Гренландию у Дании, то ли шутливое, то ли серьезное обещание сделать Мексику и Канаду новыми штатами США, а также угрозы вернуть под контроль Америки Панамский канал американцы, что называется, не поняли. Идея поссориться в какой бы то ни было форме с соседями не находит широкой поддержки в американском обществе – опять же, если верить данным социологии. Перемен американцы хотят, но таких – нет. Так что этот экспромт открыл счет ошибкам избранного/нового президента после 5 ноябряй.
Впрочем, пока Трамп, обещающий «осушить вашингтонское болото», задав жару закостеневшим на своих должностях правительственным бюрократам, и Трамп, грезящий завоеванием Гренландии, в американском общественном мнении сосуществуют гармонично. Одно дело – туманные планы внешнеполитических авантюр, которые, может, и останутся только планами, другое – вполне реальные новые люди в коридорах власти, уже приведенные президентом.
В отличие от Трампа, Байден после выборов популярность терял, а финал оказался удручающим. Согласно опросу Gallup, в январе он установил печальный рекорд. Его деятельность оценивали отрицательно 54% избирателей. Такого антирейтинга не было ни у одного президента США за весь период после Второй мировой войны. Причем, Байден не нравится не только республиканцам, но и очень значительной части демократов. Однопартийцы однозначно винят его в победе Трампа. Даже Харрис, в их глазах, виновата меньше, чем Байден. Демократы четко понимают, что кандидатом в президенты она стала не от хорошей жизни. Байден, несмотря на свою видную всем старческую немощь и шлейф скандалов, тянущихся за его семьей, упорно отказывался сняться с предвыборной дистанции, уйдя только после разгромного поражения на теледебатах от Трампа, когда уже поздно было раскрутить какого-либо другого кандидата. Соответственно, с него и спрос за поражение.
Трампа такие настроения в рядах демократов, конечно, радуют. Сама собой снижается ценность предостережений, на которые не скупился в последнее время Байден. В своей прощальной речи он предупредил американцев, что вместе с Трампом к власти пришли толстосумы, безразличные к нуждам простого народа, да еще способные посягнуть на демократические устои страны. Отставной президент намекнул, что его партия это просто так не оставит и еще даст торжествующей команде победителя президентских выборов серьезный бой. Видимо, нечто похожее он написал и в личном послании Трампу, вместе с советом, что слишком раскачивать лодку американской политики не стоит. Но пока его преемник может сбросить эти угрозы со счетов. «Медовый месяц» Трампа с американцами, определенно, продолжается.