Эффективное управление водно-энергетическими ресурсами в бассейне Аральского моря имеет стратегическое значение для стран Центральной Азии. В этом бассейне проживает 81% населения региона. Вопрос достаточности и истощения водных ресурсов стоит на повестке дня с середины 1980-х годов. Все климатические модели указывают на высокую вероятность дальнейшего ухудшения состояния водных ресурсов. Причина — не только изменение климата, но и прогнозируемое увеличение численности населения, сопровождаемое процессом урбанизации, рост сельского хозяйства и промышленности. Нагрузка на водные ресурсы продолжает расти и увеличится в некоторых регионах до величины в 2,8 раза к 2040 году.
В таких условиях эффективность использования воды приобретает стратегическое значение. Однако показатель эффективности водопользования на 1 куб. м в странах региона оценивается в коридоре от 84 центов в Кыргызстане до 7,2 долл. в Казахстане. В среднем — 2,5 долл. на 1 куб. м, что в 8 раз меньше средневзвешенного мирового значения (19,01 долл. на 1 куб. м) и свидетельствует о низкой эффективности водопользования.
Ключевых причин низкого уровня эффективности использования водно-энергетических ресурсов две. Первая — недоинвестированность водно-энергетического комплекса. Вторая — недостаточный уровень сотрудничества между странами Центральной Азии. Региональная интеграция и эффективное совместное управление водно-энергетическими ресурсами способны принести значительные выгоды всем. С 1992 года государства Центральной Азии предпринимают попытки наладить эффективное регулирование ВЭК ЦА в формате многосторонних региональных соглашений, двусторонних соглашений, региональных объединений (ЦАС, ЦАЭС, ОЦАС, ЕврАзЭС) и решить вопрос совместного управления водно-энергетическими ресурсами региона. Однако ни одна из этих попыток не достигла целей. Не удалось реализовать намеченные проекты по формированию общего рынка стран региона, созданию водно-энергетического консорциума по использованию трансграничных водных ресурсов и другие. Несмотря на то что перечисленные объединения, как и Международный фонд спасения Арала, получали поддержку со стороны Всемирного банка и Азиатского банка развития (АБР), других международных организаций и финансовых институтов, ни один из подготовленных в 1993-2010 гг. проектов соглашений по водно-энергетическому взаимодействию не был согласован странами региона.
В настоящее время открывается окно возможностей для существенного прогресса в кооперации в совместном управлении водно-энергетическими ресурсами Центральной Азии, и эти возможности поддерживаются главами государств. В 2017 году Узбекистан предложил механизм консультативных встреч глав государств, создания регионального экономического форума, учреждения ассоциации руководителей регионов и бизнес-сообществ центральноазиатских стран. Президент Казахстана К.-Ж. Токаев также высказался в пользу создания Международного водно-энергетического консорциума. На двусторонней основе усилилось взаимодействие между Узбекистаном и Казахстаном, Узбекистаном и Таджикистаном (в частности, по вопросам совместного финансирования строительства Рогунской ГЭС и двух ГЭС на реке Зеравшан, восстановления параллельной работы национальных энергосистем, в том числе через Объединенную энергетическую систему Центральной Азии). Кыргызстаном, Узбекистаном и Казахстаном рассматривается возможность участия в проекте Камбаратинской ГЭС-1. Казахстан и Таджикистан обсуждают более тесное взаимодействие в развитии своих энергосистем.
Аналитиками Евразийского банка развития (ЕАБР) подготовлен доклад, в котором оценено состояние водных ресурсов Центральной Азии в условиях климатических изменений, детально изучена эволюция всех форм регулирования в ВЭК ЦА с советского периода до наших дней и рассмотрены лучшие международные практики. На основе исторического и международного опыта в докладе предложен набор из 5 возможных институциональных решений по регулированию водно-энергетического комплекса Центральной Азии…
Устраняются политические барьеры, долгое время препятствовавшие нормализации межгосударственных отношений в регионе. Так, в 2017 году, после 25-летнего перерыва, было восстановлено авиасообщение между Душанбе и Ташкентом. Через год Таджикистан и Узбекистан отменили визовый режим, в том же году между странами было подписано соглашение о стратегическом партнерстве. Спустя 30 лет Таджикистан и Узбекистан восстановили железнодорожное сообщение: 21 июня 2022 года из Душанбе в Ташкент прибыл первый поезд. Вопрос о совершенствовании институционально-правовых механизмов сотрудничества стран Центральной Азии в водно-энергетической сфере всегда оставался на повестке переговоров глав государств и правительств региона, а также является темой для консультаций с международными организациями. 16 сентября 2022 года в Самаркандской декларации совета глав государств — членов Шанхайской организации сотрудничества было подчеркнуто, что нехватка безопасной питьевой воды, отсутствие доступа к базовым услугам санитарии и возможности соблюдать здоровую гигиену являются серьезными проблемами.
Определённое развитие получило сотрудничество между государствами ЦА в формате ЕАЭС (Казахстан и Кыргызстан — полноправные участники ЕАЭС, Узбекистан имеет статус наблюдателя ЕАЭС с 11 декабря 2020 года). На фоне укрепления регионального сотрудничества в Центральной Азии открывается возможность для переформатирования архитектуры взаимоотношений в водно-энергетическом комплексе Центральной Азии и совместного решения проблем нарастающего дефицита водных и энергетических ресурсов.
Главными задачами в развитии интеграционных процессов и регионального сотрудничества в Центральной Азии остаются: устойчивое обеспечение населения качественной питьевой водой, а отраслей экономики — водно-энергетическими ресурсами. Необходимо дальнейшее совершенствование механизма сотрудничества для совместного использования водно-энергетических ресурсов региона, которое отвечал бы целям и интересам каждого государства.