Пока официальные ведомства рапортуют о восстановлении роста производства, в некогда процветавшем промышленном городе Тавда в Свердловской области закрывается последний завод. Тавда пустеет и вскоре рискует стать еще одним одним российским городом-призраком с поросшими травой заброшенными кварталами. Более активные люди уезжают в крупные города, оставшиеся обречены влачить жалкое существование. The Insider предлагает небольшой фоторепортаж из умирающего города. От лагерей до «Детройта». «В Тавде были лучшие больницы и врачи», – с гордостью подчеркивает сотрудница краеведческого музея. «У наших предков было все для жизни, так плохо как при Путине мы никогда не жили», – ностальгирует нынешний тюменский менеджер. Возникший на месте мансийского поселения пункт стал одним из центров индустриализации и лесообрабатывающей промышленности Сибири и Урала: механический, гидролизный, рыбный и фанерный заводы, лесокомбинат, железнодорожная станция и порт, из которого суда ходили в Карское море. В 1930 году в Тавде жили 16 000 человек, а в 1967 году — уже 49 000. От мансийцев остались смутные воспоминания и экспонаты в музее. Тавдинцы – это потомки ссыльных «кулаков», депортированных при Сталине немцев (у многих известных горожан немецкие фамилии) и тех, кто уехал за заработком из европейской части СССР. Мрачная страница истории – Тавдинлагерь; заводы стоили его узники, а в 1937 году 60 горожан расстреляли как «врагов народа». Им здесь поставлен ...
