Среди сотен часов заседаний Международного военного трибунала в Нюрнберге эпизод 11 февраля 1946 года выделяется особой драматургией. Это был день, когда советская дипломатия и разведка нанесли сокрушительный удар по линии защиты нацистских преступников, использовав фигуру, которую руководство Третьего рейха официально вычеркнуло из списка живых. В январе 1943 года, когда агония 6-й армии вермахта в Сталинградском котле стала очевидной, Адольф Гитлер присвоил командующему Фридриху Паулюсу звание генерал-фельдмаршала. Расчет был предельно циничен: в истории Пруссии и Германии не было случая, чтобы военачальник такого ранга сдался в плен. Гитлер прямо подталкивал Паулюса к самоубийству, отправив ему последнюю радиограмму с недвусмысленным подтекстом. Когда 31 января Паулюс был взят в плен в подвале универмага, нацистская пропаганда пошла на беспрецедентный подлог. В Берлине было объявлено, что 6-я армия погибла в полном составе, выполнив свой долг, а Паулюс пал смертью храбрых. По личному распоряжению фюрера была проведена торжественная церемония похорон с пустым гробом, на который положили маршальский жезл. Таким образом, для немецкого народа и мирового сообщества Паулюс перестал существовать как физическое лицо, превратившись в идеологический символ самопожертвования. В течение последующих трех лет его имя упоминалось в Рейхе исключительно в прошедшем времени. Пленный фельдмаршал Паулюс с офицерами его штаба под СталинградомФото: waralbum.ru В феврале 1946 года в Нюрнберге защита подсудимых — в первую очередь, начальника штаба Верховного командования вермахта Вильгельма Кейтеля и начальника штаба оперативного руководства Альфреда Йодля — выстроила агрессивную тактику. Они утверждали, что план «Барбаросса» не был актом немотивированной агрессии, а представлял собой «вынужденную меру» и ответ на неминуемую угрозу со стороны СССР. Поскольку Паулюс был одним из главных разработчиков этого плана в бытность его заместителем начальника Генерального штаба сухопутных сил, адвокаты нацистов настойчиво апеллировали к его имени. Они были убеждены, что свидетель «молчит в могиле», и требовали оглашения его письменных заявлений, сделанных в плену. Расчет был прост: объявить любые бумаги, исходящие от советской стороны, фальшивкой, которую невозможно проверить перекрестным допросом. Защита надеялась, что отсутствие живого ключевого свидетеля позволит им переложить всю вину на покойного Гитлера и «объективные обстоятельства». Генерал танковых войск Паулюс и офицеры вермахта в центре Сталинграда Фото: waralbum.ru Советское руководство понимало, что письменных показаний недостаточно. Для юридического разгрома версии о «превентивной войне» требовалось живое присутствие Паулюса. Операция по его доставке, получившая негласное название «Синица», проводилась в режиме строжайшей секретности. Даже ближайшие союзники — американцы, британцы и французы — не были информированы о том, что фельдмаршал находится на территории Германии, до момента его входа в зал суда. Паулюса, содержавшегося на спецобъекте в Томилино под Москвой, доставили самолетом в Берлин, а оттуда — на виллу в окрестностях Нюрнберга. Операцией руководил генерал-лейтенант НКВД А. М. Александров. Свидетель находился под усиленным конвоем, а его передвижения координировались так, чтобы избежать любых утечек информации, которые могли бы спровоцировать покушение со стороны недобитых нацистских фанатиков. Главный обвинитель от СССР Р. А. Руденко выступает на Нюрнбергском процессе Фото: waralbum.ru Советский обвинитель Роман Андреевич Руденко использовал самоуверенность защиты как ловушку. Когда адвокат доктора Нельте (защитник Кейтеля) в очередной раз заявил, что свидетельские показания Паулюса нельзя принимать во внимание без личной верификации, Руденко обратился к трибуналу с ходатайством. В своих воспоминаниях переводчик и дипломат Энвер Мамедов, работавший на процессе, описывал этот момент как высшую точку напряжения. В книге «Нюрнберг. Как это было» (М.: Прогресс, 1968) приводится цитата очевидца тех событий, советского журналиста и писателя Бориса Полевого: «Когда Руденко спокойно произнес: „Свидетель находится здесь и ждет за дверью“, в зале воцарилась тишина, какую редко услышишь даже на кладбище. Я видел, как Геринг подался вперед, вцепившись в барьер, а Кейтель буквально побледнел. Это было не просто появление свидетеля, это было крушение их последней надежды на ложь. Подсудимые смотрели на дверь так, словно из-за неё должен был выйти призрак». Фельдмаршал Паулюс выступает на Нюрнбергском процессе Фото: waralbum.ru Фридрих Паулюс вошел в зал в темном гражданском костюме, сдержанный и подчеркнуто корректный. Для подсудимых его появление стало сокрушительным психологическим ударом. Человек, которому они салютовали как павшему герою, стоял перед ними как живое олицетворение их поражения и их преступлений. Допрос Паулюса продолжался два дня. Он методично, опираясь на даты и факты, подтвердил, что детальная разработка плана «Барбаросса» началась еще осенью 1940 года, задолго до каких-либо перемещений советских войск, которые могли бы быть интерпретированы как угроза. Он детально описал совещания у Гитлера, где стратегической целью ставилось не «сдерживание», а тотальное уничтожение советской государственности, расчленение страны и колонизация территорий до Урала. Одним из самых острых моментов стал перекрестный допрос. Адвокат Латернзер, защищавший интересы Генерального штаба, пытался обвинить Паулюса в нарушении присяги и предательстве. На это фельдмаршал ответил с ледяным достоинством: «Для немецкого народа война закончилась катастрофой. Мой долг перед нацией — сказать правду здесь, чтобы эта трагедия никогда не повторилась». Мировая пресса взорвалась заголовками о «воскресшем маршале». Газета The New York Times в номере от 12 февраля 1946 года писала, что появление Паулюса стало «самым драматическим моментом с начала процесса, превратившим защиту нацистских генералов в руины». Советская сторона продемонстрировала не только превосходство в сборе доказательств, но и блестящее владение методами психологической войны. Выступление Паулюса имело и долгосрочные последствия. Оно окончательно дискредитировало концепцию «чистого вермахта» (чистого от военных преступлений), показав, что высший генералитет был не просто послушным инструментом, а активным соавтором агрессии. Пленный немецкий генерал-фельдмаршал Паулюс в «генеральском» лагере № 160 в Суздале Фото: waralbum.ru Фридрих Паулюс после процесса вернулся в плен, а в 1953 году был репатриирован в ГДР, где до конца жизни сотрудничал с историками, пытаясь осмыслить причины краха Германии. Однако его главная историческая миссия была выполнена в феврале 1946-го. Предъявление живого фельдмаршала суду стало триумфом советской юридической школы и спецслужб. Документально подтвержденные факты подготовки агрессии, озвученные ее главным архитектором, стали фундаментом современного международного права. Нюрнбергский процесс доказал: за планирование преступлений против мира придется отвечать лично, даже если твоя страна уже отслужила по тебе панихиду. Список использованной литературы: Полторанин, Б. А. Нюрнбергский эпилог [Текст] / Б. А. Полторанин. — М.: Воениздат, 1965. — 552 с. Полевой, Б. Н. В конце концов: Нюрнбергские дневники [Текст] / Б. Н. Полевой. — М.: Советская Россия, 1969. — 416 с. Руденко, Р. А. Судебные речи и выступления [Текст] / Р. А. Руденко. — М.: Юридическая литература, 1987. — 368 с. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов в 8-ми томах [Текст] / под общ. ред. А. М. Рекункова. — М.: Юридическая литература, 1987−1999....
Эту статью описывают теги: нюрнбергский процесс,
Фридрих Паулюс
