В нашем современном мире легко себе представить ситуацию, когда подросток не отрывается от VR‑очков уже шестой час. Перед его глазами раскинулся чудный фантастический мир, где он герой, победитель и бог всей виртуальной реальности. А в реальности настоящей у него затекшая шея, пересохшие глаза, пустой стакан из‑под колы на столе и острое колотье в боку. И что самое страшное – он больше не хочет возвращаться «назад», в серые будни. Это вовсе не сценарий антиутопии – это уже сегодня стало предельно острой проблемой для многих российских подростков. Дело не только в физическом дискомфорте детей и подростков, хотя и он впечатляет – возникает синдром сухого глаза от постоянного напряжения, зачастую наличествует головокружение и тошнота вследствие расстройства вестибулярного аппарата и потока зрительных сигналов, психологическая дезориентация, мышечные спазмы от неестественных поз во время долгих виртуальных сессий. Но гораздо опаснее то, что при этом происходит в голове ребенка или подростка. Мозг уже не умеет четко разделять «реальное» и «виртуальное». Когда он переживает столь яркие эмоции в виртуальной реальности – страх, восторг, азарт, то нейронные связи формируются так же, как в настоящей жизни. А если виртуальный мир станет еще ярче, насыщеннее – и потому удобнее? Тогда, рано или поздно, реальный мир начнет казаться блеклым и бессмысленным. Дополненная реальность еще более обманчива и коварна. Она не уводит вас в параллельный мир – она полностью подменяет ваш собственный. Вы идете по улице, а перед вашими глазами постоянно всплывают баннеры, рекомендации, уведомления. «Купите это немедленно!», «Посмотрите сюда!», «Вы пропустили акцию!». AR‑очки или линзы превращают ваше поле зрения в бесконечный маркетплейс. И кто решает, что вы увидите? Ведь алгоритмы все решат за вас, поскольку они знают ваши слабости лучше вас самих. А если завтра дополненная реальность начнет корректировать не только рекламу, но и лица прохожих? «Улучшить» кожу, убрать морщины, добавить улыбку кинозвезды? Мы получим суррогатное поколение людей, которые разучатся видеть несовершенства – а значит, и принимать их в самих себя. Мир виртуальной реальности обещает «полное погружение» – вот именно в этом и кроется главная опасность. Что станется с человечеством, если дружба сменится совместными игровыми сессиями, истинная любовь – виртуальными свиданиями, а семья и дети – шаблонными аватарами в общем цифровом доме? Сегодня мы уже видим первые звоночки такого обезличенного взаимодействия: снижение навыков живого общения у детей, выросших на интерактивных AR‑играх, рост социальной тревожности – выходить в «настоящий» мир после красочных виртуальных вселенных становится все страшнее, а также пагубная подмена эмпатии, поскольку жалеть пиксельного персонажа проще, чем живого человека. Но самое тревожное – это нарастание киберпреступности в новой реальности, поскольку VR и AR создают принципиально новые возможности для мошенников. Возникают многочисленные цифровые двойники, когда ваш голосовой профиль и мимику могут скопировать для обмана родных и друзей. Нарастают психологические атаки: VR‑симуляция с ее предельно реалистичными угрозами способна нанести серьезную травму, особенно детям и подросткам. Все чаще становятся случаи кражи биометрии: ведь движения глаз, жесты, даже пульс во время стресса – все это ценные данные для будущих манипуляций. И чем совершеннее становятся технологии, тем тоньше грань между игровой и настоящей реальностью». Уже сейчас врачи фиксируют случаи, когда пациенты с нестабильной психикой наотрез отказываются снимать VR‑гарнитуру даже для приема пищи. «Истинная сила технологий состоит в том, что они должны служить человеку, а вовсе не наоборот. Виртуальная и дополненная реальность – это не враг, а зеркало нашего восприятия. И только от нас самих зависит, что мы в нем увидим: бесконечные возможности познания или собственную тень, поглотившую свет. Выбор за нами – здесь и прямо сейчас. Пока еще есть время подумать и оглянуться на окружающий нас мир по-настоящему, а вовне не мутными и зашоренными от виртуальности глазами», – изложил Александр Агамов, профессор Ставропольского филиала Президентской академии.
