Говоря об открытии мемориальной доски Маннергейму – думаю, что это проявление обычной постмодернистской шизофрении, царящей в головах высшей элиты политической. К установке памятной доски Маннергейму я отношусь негативно, но относительно спокойно, потому что в моём понимании это мало чем отделяется от установки памятника Романовым при сносе памятников революционным мыслителям, от перезахоронения Деникина. Я понимаю, что тут есть некая линия границы по Великой Отечественной войне, но про Отечественную войну поклонники Маннергейма могут сказать, что тот остановил финские войска и отказался идти на Ленинград, что в 1944 году его избрали президентом Финляндии с согласия Сталина. Дело в разорванности сознания, которое было осуществлено в конце 80-х годов, и сшивание его идёт очень уродливо. Акцент по поводу Маннергейма делается на чём? Что больше времени он служил России, а не Финляндии, что воевал в Первую мировую войну. У элиты установка примерно такая: свято всё, что до 17-го года, более или менее почитаемо то, что после 30-х годов, с 17-го по 30-е годы – всё бесовщина. Безусловно, присутствие на открытии доски главы Администрации Президента (бывшего сотрудника разведки, советской и российской), прославляющего одного из участников гитлеровской коалиции – конечно, шизофрения. Но здесь дело не в том, что это отражение некой позиции по пересмотру отношения к Отечественной войне. А в том, что это просто непонимание. Сознание деформировано настолько, что система ценностей искажена. Поэтому для меня это в первую очередь синдром полит-психиатрический. Почему о Великой Отечественной войне всё чаще говорят в слёзном тоне – «бессмысленно погибли миллионы людей», а Первую мировую называют Великой и утверждают, что это наша вечная гордость? Почему меняются местами и знаками эти войны? смотреть полностью: http://www.izborsk-club.ru/content/articles/9464/
