Укол раку. Генетик Сивакова открыла, как работает наша вакцина от меланомы
Сегодня во всех новостных лентах пишут, что в России первый пациент — 60-летний мужчина с меланомой кожи — получил персонализированную отечественную вакцину от рака. Что это за препарат, каков механизм его действия.
И можно ли считать, что мы стоим на пороге излечения онкологических заболеваний, aif.ru рассказала генетик Национального центра генетических исследований (Mygenetics) Анастасия Сивакова.
По словам эксперта, персонализированные мРНК-вакцины против меланомы — это логичное развитие иммунотерапии, которая уже доказала свою эффективность при этом типе рака. Сегодня такие препараты рассматриваются прежде всего для пациентов с распространенной или метастатической меланомой (III–IV стадии), а также как адъювантная терапия (то есть назначаемая после хирургического лечения) для снижения риска рецидива. Эти вакцины почти всегда применяются не отдельно, а в комбинации с другими препаратами иммунотерапии (ингибиторами контрольных точек) или другими методами, особенно если стандартное лечение недостаточно эффективно.
«Важно понимать, что заявления о "90-процентной эффективности" пока относятся в основном к доклиническим данным или ранним фазам исследований. В клинике мРНК-вакцины скорее не заменят существующие подходы, а расширят арсенал онкологов: они усиливают иммунный ответ, и могут улучшать результаты уже применяемой терапии», — с осторожным оптимизмом заявляет Сивакова.
Механизм действия таких препаратов, по словам эксперта, основан на генетических особенностях опухоли. Сначала врачи проводят анализ образца ткани опухоли, выявляют мутации (неоантигены), уникальные для раковых клеток, далее синтезируют мРНК-вакцину, кодирующую эти неоантигены и только затем вводят пациенту. Клетки временно «считывают» эту мРНК и производят опухолевые антигены, тем самым «обучая» Т-лимфоциты распознавать и уничтожать именно раковые клетки, практически не затрагивая здоровые ткани. По словам эксперта, это пример точной, персонализированной медицины, но её потенциал ещё предстоит подтвердить в крупных клинических исследованиях.