11 декабря (28 ноября) на Бутовском полигоне был расстрелян митрополит Серафим (Чичагов)
На иконе священномученик Серафим изображен передающим царю-страстотерпцу Николаю свой труд, Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря.
Еще будучи мирским человеком, во время визита в Дивеево, Чичагова привели в дом, где жила блаженная Паша Саровская. Едва его увидев, она воскликнула:
«Вот хорошо, что ты пришел, я тебя давно поджидаю: преподобный Серафим велел тебе передать, чтобы ты доложил Государю, что наступило время открытия его мощей, прославления».
Несколько смутившись, Чичагов сообщил, что его общественное положение не позволяет ему явиться к императору. На что получил ответ блаженной:
«Я ничего не знаю, передала только то, что мне повелел преподобный»…
Взяв отпуск, Леонид Михайлович провел его в Дивееве, где собирал материал для написания Летописи.
Именно благодаря докладу, в основу которого была положена Летопись, несмотря на упорное нежелание некоторых членов Священного Синода причислить Серафима Саровского к лику святых, император Николай II изъявил монаршее произволением: «Немедленно прославить!»
За свой труд Леонид Чичагов получил не только земные похвалы. Трудно представить… К нему пришел со словами благодарности сам батюшка Серафим Саровский!
«Поклонился в пояс и сказал: “Спасибо тебе за летопись. Проси у меня все, что хочешь за нее”. С этими словами батюшка подошел вплотную и положил свою руку мне на плечо. Я прижался к нему и говорю: “Батюшка, дорогой, мне так радостно сейчас, что я ничего другого не хочу, как только всегда быть около вас”. Батюшка Серафим улыбнулся в знак согласия и стал невидимым».
Все житие священномученика однозначно свидетельствует, что батюшка Серафим исполнил свое обещание и всегда незримо покровительствовал ему, принявшему в 1898 году постриг с «пламенным» именем Серафим.
Дочь архимандрита Серафима Наталья рассказывала, что во время Саровских торжеств Государю передали письмо, которое он принял с благоговением и положил в свой нагрудной карман, сказав, что прочтёт позже. Когда Государь прочитал письмо, уже вернувшись в игуменский корпус, он горько заплакал.
«Придворные утешали его, говоря, что, хотя батюшка Серафим и святой, но может ошибаться, но Государь плакал безутешно. Содержание письма осталось никому неизвестно».
Письменное пророчество старца Серафима было подтверждено личным свидетельством блаженной Паши Саровской. В «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря» приводится рассказ священника Стефана Ляшевского:
«она им сказала все, что потом исполнилось, т.е. гибель России, династии, разгром Церкви и море крови. Беседа продолжалась очень долго, Их Величества ужасались, Государыня была близка к обмороку, наконец она сказала: “Я вам не верю, это не может быть!” Это ведь было за год до рождения Наследника, и они очень хотели иметь Наследника. И Параскева Ивановна достала с кровати кусок красной материи и говорит: “Это твоему сынишке на штанишки, и когда он родится, тогда поверишь тому, о чем я говорила вам”. С этого момента Государь начал считать себя обреченным на эти крестные муки…»