Неразрешимая проблема Риги и Таллина
Обида министра внутренних дел Литвы Томаса Жилинскаса на тот факт, что беженцы в Литве быстрее учат русский язык, чем литовский, вызвала волну ироничных комментариев. Как ни стараются прибалты интегрировать мигрантов из Африки и с Ближнего Востока, а получается это не просто плохо, а даже и со знаком «минус».
«Минус» — потому, что именно так расценивают в странах Балтии изучение беженцами русского языка. Он раздражает местных националистов. Что уж говорить, если, например, в Латвии даже малозаметный русский акцент президента Раймонда Вейониса вызвал негодование националистов. Глава республики родился в Пскове в русско-латышской семье: отец — латыш, мать — русская. Дома общались по-русски, вот и остался след в речи. И вот известный латвийский политик Эва Нашениеце, которая руководила бюро спикера сейма от Национального объединения Инары Мурниеце, заявляет: «Говорит так, будто вырос в семье, где каждый день используют русский язык». Ну да, и что?
И нагло говорит про Раймонда Вейониса: «И где они всех этих президентов находят». При том, что тот проводит национальную политику в антироссийском ключе.
Тем временем, эстонских националистов тошнит от возможного кандидата в президенты, главы министерства иностранных дел Марины Кальюранд, так как ее отец — латыш, мать — русская. И даже отсутствие у нее акцента и радение за Эстонию не спасает от нападок националистов. Председатель фракции Консервативной народной партии в Рийгикогу Мартин Хельме утверждает, что из-за этого Кальюранд не подходит в качестве кандидата в президенты Эстонии. Выборы там в конце лета — начале осени. Что уж говорить о раздражении русским языком беженцев?
«Довелось слышать, что привезенные мигранты быстрее выучивают русский язык, чем литовский», — сетует Томас Жилинскас. И объясняет причину: «Сирийцы находятся в одних помещениях с украинцами и белорусами, дети общаются на русском языке и выучивают русский язык». За это министр внутренних дел раскритиковал политику интеграции беженцев …