Начало Романов. Михаил Фёдорович «Кроткий» сумел воссоздать Россию с нуля

Его отец Фёдор — боярин знатный, но не царского и даже не княжеского рода — вряд ли об этом догадывался. А маленький Миша Романов вообще ни о чём не думал.

Несколько лет назад у нас широко отмечали 400-летие дома Романовых. Но, несмотря на внушительное количество публикаций и выставок, мы не вполне осознаём, чем, собственно, кроме почётного порядкового номера, прославился на русском престоле царь Михаил — первый из Романовых.

А ведь его правление — это XVII век, прозванный «бунташным временем». Смута, поляки, Медный и Соляной бунты, церковный раскол, присоединение Украины, Стенька Разин... Да, верно. Но все эти «дела великие и грозные» пролетают мимо. Смута и польская оккупация были до правления Михаила. Всё остальное — после, уже при его сыне, царе Алексее. Первому Романову достаются скучные строки из учебников: «Укрепление власти, восстановление порядка и престижа Рус­ского государства».

Царь-бомж?

По каким-то загадочным причинам у нас не любят заострять внимание на том, что к моменту воцарения Михаила никакого Русского государства уже не было. Смута его попросту уничтожила. Страна, некогда богатая и великая, распалась. В ней хозяйничали поляки, шведы и отряды «окраинских казаков», пьяных от крови и безнаказанности. Маленький эпизод: один такой атаман, Михаил Баловень, развлекался тем, что «засыпал крестьянам пороху и в рот, и в уши и поджигал». На его совести более 6 тысяч загубленных душ. А было таких атаманов без счёта. Неудивительно, что количество брошенных и запустевших земель превышало 80%.

О масштабах разрухи красноречивее всего говорят книги Дворцовых Разрядов. Михаил, уже давший согласие стать царём, собирается в Москву и задаёт резонный вопрос: где ему жить? Ответ прекрасен: «Палаты и хоромы все — без крыш, полов и лавок. Дверей и окошек нет, надобно делать, а лесу пригодного не добыть, денег в казне нет, и плотников мало». Это — Кремль, царская резиденция. Что творилось на периферии — страшно подумать.

Пожалуй, никто больше в нашей истории не начинал правление с пустого места, с абсолютного нуля. Разве что большевики после своей смуты — Гражданской войны. И может возникнуть впечатление, что они многое взяли из антикризисной стратегии Михаила Фёдоровича.

Например, ликвидацию безграмотности. Одним из первых дел Михаила Романова на русском престоле было восстановление работы московской типографии. В 1615 г. там была издана Псалтырь. Именно по ней русские испокон веков учились грамоте. А следом появился и первый настоящий учебник — «Букварь языка славенска, сиречь начало учения детем». Впоследствии Вольтер, работая над историей Петра I, высоко оценил этот шаг деда царя-плотника: «Дух семьи Романовых состоит в том, чтобы всё время приобщать государство к культуре».

«Ведомо нам учинилось, что ты гораздо научен и навычен в астрономии и географии, и иным мастерствам и мудростям, а нам, великому государю, таков мастер годен». Может показаться, что эти слова принадлежат Петру Великому, создающему «новую, сильную Россию». Но произнёс их его дед Михаил, приглашая немца Адама Олеария на службу. В стране разруха, а он думает о географии. До того ли?

Перспектива — Империя

Оказывается — до того. Умение мыслить на перспективу, разрабатывать долгосрочную стратегию — это всё Михаил. То, что при нём устраивают первые мануфактуры, в частности оружейный завод под Тулой, более-менее на слуху. Но своё внимание он обращал и на «мелочи». Так, патриарх Филарет был озабочен тем, что вино, обязательное для богослужения, России приходится закупать. В том числе транзитом через враждебную Польшу. Нужно было что-то делать.

Ещё в 1613 г., только-только став царём, Михаил узнаёт, что в одном монастыре под Астраханью вроде бы прижилась вино­градная лоза. Уже на следующий год его личным распоряжением основывается «сад для двора Государева», и в пустой казне находятся деньги для закупки саженцев. А потом и для найма иностранных специалистов. Виноградарство — дело тонкое и небыстрое. Основатель отечественного виноделия не дожил до успеха: первая партия русского вина вышла через 9 лет после его смерти — в 1656 г.

Большая часть его дел негромкие, без победных фанфар. Так, считается хорошим тоном поругивать первого Романова за излишнее пристрастие к формальностям. Дескать, нечем больше заняться, как придираться к тому, что иностранцы опять в царском титуле что-то упустили.

На самом деле ничего смешного — титул измерялся в реальных ценностях. Так, Михаил долго упорствовал, не желая в своих грамотах именовать польского короля «наияснейшим». Потом всё-таки уступил. Но вынудил поляков за эту «мелочь» отдать «город Трубчевск с нарядом и с волостьми и с крестьяны». Русская граница вплотную подошла к Путивлю — так создавались предпосылки будущего воссоединения России и Украины. До этого первый Романов тоже не доживёт.

Это можно сказать почти обо всех свершениях Михаила Фёдоровича. Начинать, зная, что результата не увидишь, — дело неблагодарное. Современники звали его «Кротким»: «Дал нам Бог государя смирна, великих дел от него не видно». Неизвестно, правда, что считать «великим». Может быть, то, что Михаил нередко отменял смертные приговоры, утверждённые боярской думой? Или что запретил пытки и казни в отношении беременных женщин? Или что спустя всего лишь 5 лет после начала его правления иностранцы с изумлением отмечали: «Ныне богаче старого люди стали на Москве»?

А может, считать великим то, что все его начинания так или иначе завершились триумфом и сделали Россию по-настоящему сильным государством, империей, способной диктовать свою волю миру? Не будем забывать, что всё это удалось тому человеку, которого при избрании на царство считали слабым и недалёким: «Миша годами молод, умом не резв, и будет нам поваден».

Царское дело

1621 г.

Начала регулярно выходить первая отечественная газета. «Вестовые письма» или «Куранты», от голландского courant — «текущий». С её подачи в русский язык стали проникать слова вроде «галера», «маршал», «инженер», «президент», «цитадель», «миллион».

1631-1634 гг.

Положено начало регулярной армии европейского образца: формирование «полков нового строя» — драгунского, рейтарского и солдатского. Массовое применение — уже после смерти Михаила Фёдоровича, в победоносной войне против Польши 1654-1667 гг.

1634 г.

После грандиозного пожара в Москве, причиной которого посчитали курение, был принят первый в России антитабачный закон: «Учинён заказ крепкой под смертной казнью, дабы нигде русские люди и иноземцы всякие табаку у себя не держали».

1639-1641 гг.

Русские первыми из европейцев вышли к Охотскому морю и Сахалинскому заливу. Экспедиция томского казака Ивана Москвитина в поисках пушнины и серебряной руды дошла до устья реки Ульи. Россия закрепилась на Тихом океане.