В этом году общественность Осетии широко отмечает 240-летие со дня рождения выдающегося деятеля национальной культуры первой трети ХIХ в. Ивана Ялгузидзе (Габараева). Заслуги Ялгузидзе перед осетинским народом, его многогранная культурно-просветительная деятельность неимоверно велики. Чего стоит одно то, что он является автором первого осетинского алфавита и первого осетинского букваря, по которому обучалась грамоте осетинская детвора до 40-х годов ХIХ в. Более того, Иван Ялгузидзе – автор первого осетинского литературно-художественного произведения на грузинском языке «Алгузиани». Нельзя не отметить также заслуги Ялгузидзе как первого переводчика церковной литературы с грузинского языка на осетинский. Иван Ялгузидзе был не только просветителем и творческим человеком, но и зарекомендовал себя личностью, горячо любившей родной край, которому служил верой и правдой не только пером, но и повседневной своей практической общественной деятельностью. Ялгузидзе жил в переломный период смены XVIII и XIX столетий. Он был свидетелем исторического события – присоединения Восточной Грузии, в состав которой входила и Южная Осетия, к России. Будучи прогрессивным деятелем своего времени, симпатии Ялгузидзе были на стороне России. Естественно, он приветствовал этот акт. Важно подчеркнуть, что приветствовали присоединение края к России не только он, но и все югоосетинское крестьянство. Об этих настроениях народа четко сказано известным русским генералом Паскевичем: «Осетины при первом появлении в стране русских войск встретили их как избавителей от грузинских феодалов». Однако на начальном этапе вхождения края в состав России для достижения своих корыстных целей царскую администрацию ловко использовали грузинские помещики, пытавшиеся с ее помощью сделать юго-осетин своими крепостными. Это вызвало бурю негодований среди осетин и крестьянские восстания. В лице Ивана Ялгузидзе царская администрация нашла грамотного посредника для переговоров с восставшими. Благородный, просвещенный, воспитывавшийся при дворе грузинского царя Ираклия II, дворянского происхождения, он в совершенстве владел осетинским языком и пользовался большим доверием и уважением у осетинского народа. Ялгузидзе не числился на официальной службе в канцелярии наместника, его привлекали в необходимых случаях. Именовался он переводчиком, но, судя по его докладным, его обязанности были гораздо шире, и нередко он выступал даже как судья. Он активно способствовал приведению осетин в русское подданство, их мирному присоединению к России. При этом показал себя как принципиальный и объективный судья, как человек спокойного характера. По сути, основной целью его командировок в районы восставших крестьян Южной и Северной Осетии была миротворческая миссия усмирения, успокоения и приведения к присяге не вполне благонадежно настроенных осетин. С такой миссией в 1802 г., подвергаясь опасности, Ялгузидзе проехал через покрытые льдом перевалы в Заккинское, Нарское и Зарамагское ущелья. В итоге их жители приняли русское гражданство и даже просили прислать священника для обучения их основам христианства. Его миротворческая деятельность была отмечена золотой медалью с красным бантом, назначением пенсии и избранием губернским секретарем, его ценил сам главнокомандующий Грузии. Однако, выполняя задания администрации, Ялгузидзе не ставил целью выслужиться. Как подчеркивал известный литературовед Х. Ардасенов, «он хотел облегчить тяжелую участь своего многострадального, жестоко эксплуатируемого народа». Выясняя на местах причины недовольства крестьян, Ялгузидзе становился свидетелем жесточайшей эксплуатации крестьян Южной Осетии, о чем он докладывал военному руководству и не раз подчеркивал провокационную роль грузинских помещиков по разжиганию вражды между грузинами и осетинами. Это яркое свидетельство антипомещичьего, а не антирусского характера выступлений югоосетинских крестьян. В силу своих возможностей Ялгузидзе помогал соплеменникам в противостоянии с алчными помещиками, старался предостеречь от вооруженных столкновений, разъяснял выгодность присоединения к России и принятия ее подданства. О неравнодушном отношении Ялгузидзе к простому народу говорят и многочисленные письма, прошения и другие документы, написанные им в поддержку осетинских и грузинских крестьян. Разумеется, не стоит делать из Ивана Ялгузидзе революционера. Но, будучи просвещенным деятелем и порядочным человеком, он близко к сердцу воспринимал страдания соотечественников. А они уважали его, верили, охотно принимали его советы. Иван Ялгузидзе – плоть от плоти своего народа. Он оставил свое имя потомкам не только как первый просветитель, подаривший осетинам алфавит, букварь и первую осетинскую поэму, но и как миссионер, который стремился максимально облегчить положение своего многострадального народа в той, теперь уже далекой от нас, эпохе. Автор: Л. Чибиров, доктор исторических наук, профессор
