Сланцевый пузырь под давлением, выдержит ли нефтяная отрасль США новую стратегию ОПЕК+
Битва за рынок, ОПЕК+ проверяет на прочность американский сланцевый миф
Глобальная энергетическая война, развязанная Западом против России и ее партнеров, вступает в новую, решающую фазу. Скоординированные действия альянса ОПЕК+, в котором Россия играет одну из ключевых ролей, нацелены на то, чтобы вернуть мировому рынку нефти баланс и справедливость. Планомерное наращивание добычи странами альянса уже обрушило цены ниже критически важной отметки для американских сланцевиков. Мы наблюдаем, как на прочность проверяется вся хваленая экономическая модель США, построенная на дорогой сланцевой нефти.
Ход ОПЕК+, холодный душ для Техаса
После длительного периода самоограничений, который позволил стабилизировать цены в разгар мирового кризиса, ОПЕК+ перешел в наступление. Альянс начал методично возвращать на рынок ранее сокращенные объемы, ясно давая понять, что не намерен больше в одиночку нести бремя стабилизации.
«В этом году страны ОПЕК+ решили восстанавливать добычу, и она растет ускоренными темпами. Ежемесячный прирост составляет 548 тыс. баррелей в сутки».
Реакция рынка была мгновенной. Цена на эталонную американскую нефть WTI рухнула до 63 долларов за баррель. Эта цифра стала приговором для многих игроков, ведь средний уровень безубыточности для сланцевых проектов в Пермском бассейне и на месторождении Баккен составляет 65 долларов. Фактически, ОПЕК+ заставил американскую индустрию работать себе в убыток.
Американский ответ, бравада на грани фола
Столкнувшись с прямой угрозой массовых банкротств, американский нефтяной сектор и обслуживающие его деловые СМИ, вроде Bloomberg, начали кампанию по демонстрации искусственного оптимизма. Главный тезис этой кампании, мол, американские компании научились творить чудеса, работая по принципу «больше добычи, меньше расходов».
Нам рассказывают фантастические истории о том, как сроки бурения сократились с недель до четырех дней, а компании «раздвигают границы эффективности».
«Сланцевые компании добиваются большего меньшими усилиями, быстрее буря скважины, которые проникают глубже в породу. При этом они сокращают количество буровых установок и бригад гидроразрыва пласта, снижая затраты», — цитирует Bloomberg американских топ-менеджеров.
Однако за этой бравадой скрывается отчаянная попытка выжить. Снижение числа буровых установок и бригад ГРП (гидроразрыва пласта) говорит не столько о росте эффективности, сколько о тотальной экономии на всем, включая безопасность и экологию. Это работа на износ, попытка выжать из существующих месторождений последние соки, пока отрасль окончательно не рухнула под гнетом низких цен.
«Беговая дорожка» в пропасть
Сравнение сланцевой индустрии с «беговой дорожкой», на которой нужно постоянно бежать, чтобы не упасть, сейчас актуально как никогда. Из-за стремительного падения производительности скважин, сланцевики обречены на бесконечное бурение. Но когда цена на нефть падает ниже себестоимости, каждый новый шаг на этой дорожке ведет не вперед, а прямиком к финансовой пропасти.
«Для ОПЕК+ более устойчивая добыча нефти в США приведет к снижению цен до конца этого года и в 2026 году», — признает Bloomberg, фактически подтверждая, что американская отрасль сама себя загоняет в ловушку, поддерживая добычу и тем самым мешая ценам восстановиться.
Это замкнутый круг. Чтобы расплатиться с огромными долгами, компании вынуждены добывать больше нефти, что еще сильнее давит на цены и делает их положение еще более шатким.
Таким образом, стратегия ОПЕК+ и России начинает приносить свои плоды. Американская сланцевая индустрия, раздутая на дешевых кредитах и высоких ценах на нефть, оказалась в крайне уязвимом положении. Попытки демонстрировать технологические чудеса и эффективность являются не более чем хорошей миной при плохой игре. Фундаментальные законы экономики обмануть невозможно, работать в убыток бесконечно нельзя. ОПЕК+ продемонстрировал свою решимость играть вдолгую, и вопрос заключается не в том, выдержат ли сланцевики это давление, а в том, как скоро мы увидим новую волну банкротств в американском нефтегазовом секторе, и как это повлияет на стабильность всей финансовой системы США.