После закрытия ряда известных сетевых магазинов одежды выбора у россиян где приобретать одежду осталось мало. Издание «Новые известия» выяснили, где в 2022 году можно будет добыть одежду и какого она будет качества. Так, некоторые россияне после закрытия популярных масс-маркетов начали осваивать «шоп-туры», сообщает издание «Новые известия». В частности, за «скромной модой» есть вариант поездок в Казань, за «театральным стилем» в Санкт-Петербург, а в Москве тем временем преобладают бренды с базовым гардеробом. Не стоит забывать про текстильную столицу России — Иваново. Однако по словам исследовательницы моды Натальи Ксенчак даже несмотря на масштабы производства Ивановский текстиль не дотягивает до уровня модного масс-маркета. Так, Ксенчак утверждает, что в Иваново можно ездить за постельным бельем, полотенцами, халатами, носками, но вот заменить поездки на шопинг в Милан данным «шоп-туром» не получится. Главный редактор шопинг-гида «ЯПокупаю» Екатерина Углева также отмечает, что «в Иваново стоит ехать за классикой трикотажа, домашней одеждой». Тем временем основательница бренда VERA YAKIMOVA Вера Якимова предполагает, что в России могут появиться и другие региональные центры моды: — Я наслышана о Новосибирске и Екатеринбурге, что там сейчас действительно много швейных производств, больших и достаточно хороших, да и в целом открывать производство там выгодно. Крупные, региональные города России могут стать центрами производств. Там достаточно много квалифицированных мастеров, плюс в эти города проще осуществить поставки тканей из Китая. Сейчас всё больше внимания обращаю на региональные бренды из Перми, Челябинска, Красноярска. Большой выбор и при этом все «со вкусом», красивое оформление и подачу себя в социальных сетях региональных брендов стоит отметить, как плюс. Вера Якимова Однако России до масштаба зарубежных брендов еще расти и расти. Как отмечает Наталия Ксенчак, индустрия доступной моды в России ещё очень молодая, и ей предстоит долгий путь по формированию рынка. Существует также и зависимость от импорта, в частности, тканей, фурнитуры и оборудования. Например, в Ивановской области в ОЭЗ «Вичуга» должен был появиться «Ивановский полиэфирный комплекс», и производить синтетические ткани. Изначально договоренности были достигнуты в 2011 году, в 2017 году должно было начаться строительства, однако в 2018 году возникли спорные моменты с кредитором ВЭБ.РФ, с властями региона и проект «заглох». Завод мог бы выпускать 175 тысяч полиэфирного волокна в год. Согласно данным Beinopen, объём рынка одежды в России оценивается в 2,6 трлн рублей, но 82% из них приходилось на импорт. Так, по словам заместителя руководителя +1Город и эксперта в области устойчивой моды Ольги Гандуриной, зависимость от импорта есть во всех направлениях. — Ткани, качественная фурнитура закупались за рубежом, в Италии, Турции, Китае. Большие партии отшивались также не в России — в первую очередь в Китае. Сейчас нарушены все логистические цепочки. Значительно выросла стоимость логистики, транспортных расходов. Импорт — это не только готовые изделия, ткани, нитки, но и станки, технологии и т. д. заявляет Ольга Гандурина. Кроме того, президент Российского союза потребителей текстильной и легкой промышленности Андрей Разбродин и вовсе утверждает, что некоторые материалы производит в России невозможно. — По хлопку, например, зависим от импорта — хлопок мы вообще не выращиваем. Все, что касается хлопковых тканей и переработки хлопка, мы зависим от импорта, Китая и Узбекистана, чистый хлопок мы получаем из Туркмении и Таджикистана, из Узбекистана больше пряжу хлопковую. Андрей Разбродин. Так, после ухода зарубежных компаний рынок остался свободным. Но по заявлению CEO облачного сервиса для малого и среднего бизнеса «МойСклад» Аскара Рахимбердиева пустота будет занята сэконд-хэндом и контрафактом: — Первое, что приходит на рынок при таком запустении и невозможности восстановить логистику — контрафакт, который можно быстро и дешево привезти мешками. Пока сложно прогнозировать его объем и масштабы, но появится он точно. Следующий этап — последовательная миграция брендов. На место столичных европеизированных продавцов, направившихся на запад, придут небольшие региональные. Покупательная способность населения будет сокращаться, а потребность в модных дизайнерских вещах останется. Выходом могут стать секонд-хенды, fashion-комиссионки и блошиные рынки, где можно купить брендовые вещи в очень неплохом состоянии и значительно дешевле, чем новые. Аскар Рахимбердиев. Однако даже при импорте сырья и хорошей маркетинговой кампании всю России не получится обеспечить одеждой отечественного производства, так как для этого не хватит производственных мощностей. Об этом заявляет Андрей Разбродин. По мнению мужчины, необходима господдержка, которая, к слову, есть, но довольно скромная. Так, в 2021 году на субсидии для лёгкой промышленности было выделено 2,28 млрд рублей. Из них 1,22 млрд пошли на стимулирование лизинга, 500 млн рублей — на субсидирование оборотных кредитов, 339,2 млн рублей — на компенсацию потерь от производства камвольных тканей для школьной формы, 217,8 млн рублей — на компенсацию затрат по производству льняных тканей. В масштабах отрасли, которая покрывает только 20% потребности рынка, совсем немного. — Если внедрять нормальные программы интеграции, которые сегодня напрашиваются сами собой, с Белоруссией, с Узбекистаном, туда же можно и Казахстан по ряду моментов присоединить, то все можно сделать достаточно быстро. Нужны программы господдержки, надо вкладывать деньги, и все будет нормально. Только у нас скорость оборота быстрая, и у нас результат можно достичь гораздо быстрее, чем, например, в авиастроении, которому сейчас оказывается господдержка. Андрей Разбродин.
