"У одной поврежден череп, у другой - лицо": петербургские врачи вспомнили день теракта в метро
Во вторую годовщину теракта врачи и медсёстры НИИ скорой помощи имени И.И. Джанелидзе вспоминают, как спасали пострадавших. В институт госпитализировали 25 самых тяжёлых раненых Валерий Парфёнов, директор НИИ Скорой помощи им. Джанелидзе - Конечно, запоминаются самые тяжёлые пациенты. У нас это были молодые женщины. У одной из них был сильно повреждён череп, у второй – лицо, ещё одна пострадавшая потеряла 3,5 литра крови. Их привезли в первый "золотой час". Всех удалось спасти, провести сложнейшие операции. И мы до сих пор с ними работаем. Самое страшное позади, осталось сделать пластику. На основе событий 3 апреля 2017 года мы сняли учебный фильм – как грамотно и оперативно оказывать помощь пострадавшим во время теракта. Будем показывать его нашим врачам и студентам.
Валерий Парфенов, директор НИИ Скорой помощи им. Джанелидзе. Другой Фото:
Вячеслав Афончиков, зам. главного врача по анестезиологии - Через 15 минут после теракта у нас было развёрнуто 10 реанимационных коек, подготовили ещё три операционных. В тот день мы могли принять до 100 пациентов. Городские службы полностью расчистили дорогу для машин скорой, в результате от "Технологического института" до нас можно было добраться в кратчайшие сроки. Есть такое понятие: первая волна. Обычно это те, кто добираются до больниц самостоятельно, соответственно, это не самые тяжёлые. У нас такого не было. Сначала привезли самых тяжёлых – как и должно быть. Я смог уйти домой только вечером следующего дня, когда стабилизировалось состояние всех тяжёлых больных.
Вячеслав Афончиков, зам. главного врача по анестезиологии. Другой Фото:
Елена Тявокина, заведующая соматопсихиатрическим отделением - Все сотрудники восприняли эту трагедию как общую боль, поэтому нам пришлось отключить так называемые человеческие регистры. Все пациенты поступали как неизвестные. У тех, кто мог говорить, первым делом узнавали имя, фамилию, контакты близких. В первые несколько часов в институт обратилось более 300 человек – эти люди искали своих близких. Кто-то опознавал вещи, кто-то именно у нас узнавал о потере... И всем этим людям нужна была психологическая помощь. Потом мы работали с пациентами, оправившимися после первого шока. С некоторыми из них мы в контакте до сих пор".
Елена Тявокина, заведующая соматопсихиатрическим отделением. Другой Фото:
Павел Крылов, заведующий ожоговым отделением №1 - Вызывать врачей не пришлось. Приехали все, кто находился в отпуске или отгулах. У нас есть опыт оказания помощи при ЧС на примере массовых поступлений из Перми и Владикавказа. При таком потоке требуется весь штат отдела термических поражений. В ожоговую реанимацию поступили пять человек, на отделение – два. Кроме того, 60 процентов раненых получили ожоги, нам пришлось оказывать помощь на всех отделениях. У большинства была баротравма, многие временно потеряли слух. Нам на помощь пришли специалисты НИИ ЛОР.
Павел Крылов, заведующий ожоговым отделением №1. Другой Фото:
Елена Садовник, старшая операционная сестра - О теракте я узнала от главного врача. К этому времени все плановые операции уже закончились. В подчинении у меня 45 сестёр и санитаров. Дала задание готовить все операционные: мы не знали, сколько привезут раненых. Пока ждали пациентов, я позвонила дочери (в это время она возвращалась из института), другим родственникам. На сложных случаях работали одновременно хирурги и травматологи, на каждой операции ассистировали по две сестры. Домой я ушла в девять вечера, когда стало ясно, что раненых больше не привезут.
Елена Садовник, старшая операционная сестра. Другой Фото: