К юбилеям Михаила Салтыкова-Щедрина и Василия Ключевского: о семейных жизнях писателя и историка
Два огромных юбилея в истории Пензенского края пришлись на уходящую неделю. 200 лет исполнилось со дня рождения отца русской сатиры, писателя Михаила Салтыкова-Щедрина и 185 лет – историку с мировым именованием – Василию Ключевскому. Он родился в Пензенской губернии, а прославился за ее пределами. Салтыков-Щедрин два года жил и служил в пензенском крае, не один раз упоминал его в собственных произведениях. А его супругой стала уроженка Пензы. На 1-ый взор, этих людей не достаточно что соединяет. Но было найдено много общего, связанного, в том числе и с домашней жизнью 2-ух исторических персон.
Губернский город Пенза 2-ой половины XIX века. Когда был назначен новый глава Пензенской казенной палаты Михаил Салтыков, прошлый семинарист Василий Ключевский уже покорял столицу. В Пензе они не прогуливались по одним улицам, не дышали одним воздухом и никогда не встречались, даже в столичных городских округах. Во всяком случае, пока исследователи подобных подтверждений не отыскали. Совсем различным у них было и соц происхождение. Один – потомственный дворянин, чиновник высочайшего ранга, 2-ое лицо в губернии. Иной – выходец из бедной семьи приходского священника, рано потерявший отца, парень со сложным актуальным стартом.
Историк, который сам вошел в историю. Имя земляка Василия Ключевского понятно во всем мире. Сначала, естественно же, за его работы по российской истории. Однако перу Василия Ключевского принадлежит огромное количество статей по русской литературе, которую он считал основополагающей для гуманитарных наук.
«Василий Ключевский ведь давал информацию, что человек, который ученый, историк, вдруг возьмется учить прошедшее нашей страны, допустим, XIX века, и не обратится к творчеству Пушкина, Лермонтова, Салтыкова-Щедрина, всех классиков российской литературы, то его история будет плохой, недостоверной и не имеет права существовать. Поэтому что вот подобной феномен – литература является источником для науки, для истории, поэтому что литература была весьма высочайшего уровня, по воззрению Ключевского», — сообщил заведующий Музеем В.О. Ключевского Александр Плешков.
Они возникли на свет с различием в 15 лет и 1 день за сотки верст друг от друга. На 1-ый взор различными, однако в то же время и очень похожими стали их семейные дела. Салтыкову-Щедрину и Ключевскому довелось выбирать спутницу жизни из сестер.
170 годов назад, когда Салтыкову-Щедрину исполнилось 30 лет, он обвенчался. Это случилось не в Пензе, однако его избранницей стала женщина отсюда. Брак, как считали тогда, был не совершенно равным. Но история любви и последующей домашней жизни отца русской сатиры заслуживает отдельного внимания.
Елизавета и Анна Болтины были сестрами-близнецами и дочками начальника писателя – уже в Вятке. В первый раз он узрел их, когда девочкам чуть исполнилось 12 лет, а ему было 26 лет. Одна – немного привлекательнее, другая – незначительно умнее. Одолела краса. Борец за правду, Салтыков-Щедрин оказался непоправимым романтиком. Будучи женихом завидным, он ожидал 4 года. А позже, против воли родителей, женился на Елизавете Болтиной. Их домашняя история оказалась злосчастной.
«Она была, выскажемся так, выше среднего по собственному уму, непременно. У них были взаимные чувства. Однако Салтыков-Щедрин все же выдающийся сатирик, создатель единственного в русской литературе выдающегося романа без какого-нибудь хоть немножко положительного героя – я говорю про «Господ Головлевых». Потому он совершенно обо всех сатирически высказывается. Его убийственные свойства что на тестя с тещей, что на супругу – это нормально для него. Тесть с тещей на старости лет еще до кучи увлеклись спиритизмом. Потому, по другому как «слабоумными», зять их не называл. Он не делил этого увлечения», — поведал кандидат исторических наук, создатель статьи о пензенских корнях супруги М.Е. Салтыкова-Щедрина Евгений Белохвостиков.
Ключевский в молодости пережил неразделенную любовь – он ухаживал за Анной Бородиной, а женился на ее старшей сестре – Анисье. Она слыла хорошей домохозяйкой, и иногда гости даже путали ее с прислугой – по наружному виду. В ученые дела супруга никогда не вмешивалась, обеспечивая историку домашний комфорт. Как почти все выдающиеся люди, Василий Ключевский в бытовых мелочах был немощен.
История сохранила и подобной вариант: в один прекрасный момент, поднимаясь на кафедру, Ключевский обо что-то спотыкнулся, и бумаги с его записями разлетелись. Студенты кинулись подымать их, однако перепутали еще более. Тогда и Анисья Михайловна, которая тоже присутствовала, сообщила: «Не переживайте. Он все помнит назубок».
Краса супруги сатирика и внешняя непривлекательность супруги историка в жизни гениев литературы и науки сыграли свои роли. Но, по любви ли либо нет, однако супруги Салтыковы прожили совместно 30 лет, а Ключевские – практически 40 лет. И еще одна общая, однако темная нить есть в домашней жизни 2-ух выдающихся людей. Она связана с их потомством. Единственный ребенок Василия Ключевского – Борис – в 1933 году, по мнимому обвинению, был арестован как неприятель народа и направлена в ссылку в Казахстан. Внучку Салтыкова-Щедрина – Тамару – в 1938 году расстреляли на грустно именитом Бутовском полигоне. Через 20 лет, за отсутствием состава злодеяния, реабилитировали.