«Пока держусь». В Карелии педагог продолжает биться за дом, в котором живет уже 35 лет
Бывший директор второго детского дома Олонца Николай Игнатенков продолжает бороться за дом на берегу озера, в котором живет уже 35 лет. Даже к президенту за помощью обратился.
Напомним, что мужчина воспитывался в детском доме, а потом и сам стал помогать сиротам: работал учителем и директором Олонецкого детского дома. Последние 35 лет он живет в домике в Нурмолицах на берегу озера Сяргиярви неподалеку от Олонца — на территории летнего лагеря детского дома. И на протяжении уже двух десятков лет меняющиеся владельцы земельного участка пытаются вынудить его съехать. Сейчас территория и объекты на ней – собственность Министерства социальной защиты Карелии, где, кстати, не отрицают, что Николай Евгеньевич живет в доме на законных основаниях, но несколько лет назад ведомство добилось того, чтобы этот дом признали аварийным.
«В настоящее время министерство прорабатывает возможности расселения признанного аварийным и подлежащим сносу дома в д. Нурмолицы Олонецкого района с предоставлением Игнатенкову Н.Е. иного жилого помещения», — сообщили чиновники нам год назад.
— Предложили вам по итогу иное помещение? – спрашиваем.
— Нет, конечно, — говорит мужчина. — Это я им предлагаю. Уже несколько раз предлагал. Вот и сейчас опять нашел в деревне хороший домик. Он построен лет десять назад. Продавец просит четыре миллиона рублей. Но Минсоц говорит, что денег у них нет. А если денег нет, зачем тогда устраивать этот террор против меня? Ждите, когда деньги появятся.
Николай Евгеньевич вообще не хочет никуда уезжать. Еще в 2022 году он заказал независимую экспертизу, которая показала, что никакой необходимости сносить дом нет, если поддерживать его в надлежащем состоянии.
«Квартира №2 многоквартирного жилого дома… пригодна для проживания. Угроза жизни и здоровью граждан отсутствует», — было указано в заключении.
И сейчас Николай Игнатенков с юристом в суде оспаривают решение по аварийности дома.
Одновременно с этим мужчина пытается спасти хотя бы свою баню. Одну у него уже снесли. Вторую тоже пытались признать самостроем, но не вышло.
— Теперь они решили пойти другим путем и изменили исковые требования: заявили, что им нужна территория, поэтому баню, хоть она и не самострой, все равно нужно снести. Меня пытаются выжить всеми возможными способами. Даже видеокамеру поставили, которая снимает, что там у меня происходит, — говорит мужчина. – Пришлось в полицию обратиться.
Сейчас в суде рассматривается иск прокурора, который просит обязать Игнатенкова снести забор и хозяйственные постройки: баню, гараж, переход и комнату отдыха (мастерскую).
Большую часть года Николай Игнатенков живет на территории лагеря один, а летом туда приезжают дети, для которых организуют палаточный лагерь.
— Это всего полтора месяца в год, – говорит мужчина. – Чем я могу им помешать? Да я этот забор поставил в целях их безопасности. Они же не знают, где там чья территория.
За Николая Игнатенкова вступаются его бывшие воспитанники. Пятнадцать из них сейчас находятся на СВО. Они написали огромное письмо в защиту педагога.
— Я и сам готов был туда пойти, — говорит мужчина. — Сказал своим ребятам: «Я сейчас приду вам помогать», а они говорят: «Нет, ты нам нужен там. Если ты уйдешь, у тебя там или сожгут, или снесут дом».
В январе Николай Евгеньевич обратился за помощью к президенту страны.
— Я пока держусь! – написал он Владимиру Путину, рассказывая свою историю. — Прошу простить меня за крик души, понимаю загруженность всех вас, но у меня надежда на вас. К сожалению, не на чиновников Карелии… Мне некогда тратить время на борьбу с ведомствами. Лучше посвящу свои силы, здоровье, опыт своим пацанам, ведь после нашей победы они приедут ко мне, а я буду помогать им реабилитироваться и жить.