Было дело в пору лихую да мутную, когда народ-то русский стал озираться вокруг да диву даваться — откуда ни возьмись пошлины взялись разные, налоги хитрые и сборы всяческие... И вот тут началось оно, действо невиданное доселе — утильсборишко назвали... Собрались однажды чиновники мудрые на совет великий в палатах белокаменнаго града Москвы. Сидели чин чином, вели разговоры важные меж собой. Трепещут стены каменные от голосов громких, стучат по столешницам золочёным перстнями малахитовыми. А впереди всех сидит старец седобородый, имя которого уже позабылось народу простому, однако знал он толк в делах государственных. — Почтеннейшие собратья мои, — молвил голос скрипучий, строгий, но рассудительный, — видно нам с вами надлежит придумать способ верный, дабы напоить государеву казну деньгами живительными. Ведь видим мы ныне, как захламляют матушку-Россию беспечно наши граждане вещами старыми, машинами разбитыми, одеждой ветхою! Слушают его внимательно прочие господа чиновники, качают головами понимающе, взгляды обмениваются друг с другом. Потом поднялся кто-то средний ростом, щекастый да кругленький, взгляд лукавый, улыбочка хитрая: — Благодарствуем вас, господин наставник наш премудрый, предложите же меру мудрую, чтобы и бюджет наполнять могли бы да и народ просвещать заодно? И замолкли на миг собеседники, глядя в глаза старцу опытному, ожидая слово решительное. Старик погладил бороду свою густую, задумался крепко. Затем заговорил тихо, почти шепотом, будто секрет важный доверяя присутствующим: — Давайте введём налог новый, единый сбор за пользование предметами разного свойства после срока службы своего законного завершения. Назовём его утилизационным взносом. Пусть каждый гражданин уплачивает определённую сумму в пользу государства, дабы средства шли на благоустройство общей земли нашей русской, очищение её от хлама ненужного. Хлопнули сразу же ладошами по столу многие из собравшихся, одобряют инициативу мудрого мужа, восхищаются прозорливостью его мысли. Решили единогласно ввести такой налог смелый, никому ещё не ведомый ранее нигде. Только лишь вышел указ царский этот из стен кремлёвских, поднялись вдруг народные волнения повсюду. Простолюдины стали роптать да возмущаться громко, недоумевать сильно: отчего теперь платить надо будет дважды? Один раз покупаешь вещь новую, другой раз платишь за избавление от неё старой. Однако власти решили стоять твёрдо на своём пути праведном, считая поступок благим и полезным обществу российскому. Да постепенно успокоился люд простой, смирившись перед волей верховной власти. Так начался в России путь необычный, тернистый и странный одновременно — собирание денег народных за право избавления от старых вещей собственных руками наших чиновников искусных. Искусственное искусство
