Намаз в храме: Протоиерей Андрей Ткачёв объяснил смысл провокации ДУМ РФ

Намаз в храме. ДУМ РФ разрешил мусульманам молиться в православных храмах. Такое разрешение муфтий Москвы Ильдар Аляутдинов дал после вопиющего инцидента в храме Николая Чудотворца в Вологде, где 13 февраля мусульманин совершил намаз. Аляутдинов считает, что ничего такого в этом ритуале нет и что мусульмане вполне могут совершать намаз в православном храме. Протоиерей Андрей Ткачёв объяснил смысл провокации ДУМ РФ.

Мусульманин в частном порядке может прийти в любой из наших храмов, никто его гонять не будет. И может совершить там свои молитвы, но не расстилая коврик и не совершая всех тех действий, которые положены при совершении намаза. Потому что иначе таким образом привлекает к себе внимание, нарушает порядок нахождения в храме. По сути, это получается провокация, обращает внимание протоиерей Андрей Ткачёв.

То есть совершение намаза в православном храме со всеми ритуальными действиями намаза - это провокация. Зайти в храм он может, стоять среди верующих он может, молиться, как он умеет, про себя, в уме, в сердце, он может. Этого никто никогда не запретит человеку, но совершение вот этих ритуальных действий, конечно, провокативно выглядит,

- говорит протоиерей.

Тут, по его словам, есть много разных исторических прецедентов, когда намаз могли совершать, Халиф Аммар мог заехать в Иерусалим, когда он захватил в Иерусалим и совершить намаз в Иерусалимском храме, но это было право победителя. А мы же не находимся в состоянии войны с мусульманами, мы находимся в состоянии мира. У них есть свои культовые здания, у нас есть свои культовые здания, и наши обряды поклонения Богу различаются.

Поэтому если мы начнём, если мы придём в мечеть служить, например, какой-нибудь благодарственный молебен, или литургию, или акафист Божьей Матери, скажем, христианин же может зайти в мечеть? Конечно, может,

- подчеркивает Андрей Ткачёв.

И при этом, в основном, мы можем прийти в мечеть с туристической целью все-таки. Но [турист] должен разуться, должен исполнить закон их, стать на свою сторону - мужчины к мужчинам, женщины к женщинам. Но, например, зайти в облачении, например, и начать литургию в мечети, никто из нас такого себе даже в самых больших фантазиях не придумал. А зачем? Поэтому также и мусульманин может зайти в храм божий, храм христианский. Но если он совершает намаз - это провокативное действие, оно сразу рождает массу побочных вопросов, все из них очень опасные.

Поэтому я бы предложил. Вообще понятие храмового места у мусульман отсутствует. Изначально ислам не предполагает наличие специальных домов для собраний. То есть дом божий для молитвы не есть то, что необходимо. В пустыне, в лесу, в полях, в степях, в домах своих молиться нужно по движению солнечного диска, по перемене Солнца на небосводе и неважно, где. То есть можно расстилать молитвенный коврик, где угодно и на нём совершать намаз,

- рассуждает протоиерей.

Это может быть и на улице, и дома, но наши храмы мы не должны позволять превращать их в места намаза, потому что найдётся сразу же много провокативно настроенных людей, которые скажут: одному из наших разрешили, давайте каждый день ходить намаз совершать в православный храм.

Понимаете, чем это всё грозит? Это грозит тем, что, допустим, какой-то человек добрый зашёл в храм и говорит: ой, у меня время помолиться, можно я помолюсь здесь? Какой-то добрый батюшка скажет, ну, помолись. Он расстелет коврик и скажет: ..исмилля, и там помолится пять минут, и всё. Но потом кто-нибудь скажет: о, а давай каждый день туда ходить. И это потом родит у нас большие проблемы. Этого не надо. Надо, чтобы люди ходили молиться к себе, они, а мы к себе. И нам нет нужды занимать чужое молитвенное помещение для исполнения своих обрядов. И там, где есть разговор об этом, там есть место для провокации. То есть люди или сознательно, или бессознательно провоцируют нас на большую беду. Нам этого не надо,

- отмечает протоиерей Андрей Ткачёв.

По его словам, он не хочет заранее обвинять Эльдара Аляудинова и других в провокации. Дело в том, что это тонкая тема. И здесь можно нарваться на большие проблемы. Если люди изначально желают проблем, тогда это их тема. А если они желают избежать проблем, тогда нужно, чтобы они осторожнее с этими вещами относились. Потому что религиозные вопросы самые острые вопросы человечества. Поэтому никто из нас не должен претендовать на чужие молитвенные места собраний. Мы не собираемся служить литургии в мусульманских мечетях. И мы не должны превращать наши храмы в место для намаза.

Они сейчас скажут: а давайте мы каждый день будем приходить и намаз совершить в ваших храмах. И что через два года будет в наших храмах? Будут места столкновений и ножовщина. Это кому нужно? Вам что, молиться негде? Я еще раз повторяю, что у мусульман, с точки зрения мусульманской догматики, место молитвы никак не определено. Они могут молиться и в чистом поле, и в лесу, и дома, у себя лично, у друзей своих. То есть они должны молиться по времени. То есть время молитвы определено, а место не определено. Везде можно молиться. Расстилай коврик хоть на улице, хоть в торговом центре и молись себе на здоровье. Это значит, им не нужен храм для мусульман для молитвы храм не нужен. Он может молиться везде, где хочет, там, где его застало соответствующее время,

- добавляет протоиерей.

ДУМ, по его словам, может разрешить своим последователям, мусульманам России, заходить в храмы Божии. Но они не могут разрешить им делать то, что они хотят. ДУМ может сказать, вы можете приходить в православные храмы и там молиться. Но что значит молиться? Молиться - это очень простое слово, имеющее многие смыслы. Например, мусульманин зашёл в наш храм, стоит между нашими людьми и молится, про себя, как мы. Это одно. Другое дело, он зашёл, постелил коврик, например, и вслух, например, произносит там "бесмеля" и всё остальное, "фатиху". Это другое. То есть, если это второе, тогда это провокация,

- повторяет Андрей Ткачёв.

Мусульмане, конечно, могут к нам приходить, они каждый день к нам приходят. К нам может прийти и индус, и мусульманин, и атеист, и еврей, никого из них мы не выгоним. Но призвать их избрать себе для молитвы православный храм - это какое-то провокативное призвание, потому что каждый поймёт это по-своему. Культурный человек поймёт это так, что я мусульманин, но христианские храмы - это Божий дом, это дом Божий. "Я могу зайти в Божий дом и там тоже подумать о Господе, помолиться", - они могут так подумать.

А какой-нибудь активист радикального толка, он скажет: да я зайду сейчас там намаз совершу. И он возьмёт с собой товарищей, они придут намаз совершать, охрана начнет их выпихивать, они начнут кричать, драться и получится межконфессиональная стычка. Кому это надо? Это кто такое придумал? Зачем? Зачем нам приходить в синагогу и служить там молебен Господу Иисусу Христу? Это значит, мы сейчас вызываем себя на что?

- вопрошает протоиерей.

Представьте себе, например, христиане говорят: "Давайте мы будем ходить в синагоги". Допустим, давайте, христиане, заходите в синагоги и там себе молитесь. Кто-нибудь зашёл в синагогу и там про себя тихонечко помолился. А кто-то пришёл в синагогу и там начал молебен служить "Благословен Бог наш". Что это будет? Это будет скандал, драка, кипеш и крик. Кому это надо, спрашиваются. То есть границы религиозной идентичности нарушать нельзя. Это очень опасная вещь.

Написано в книге Экклезиаста: передвигающего ограду ужалит змей. Тот, кто сдвигает ограду, того укусит змея. То есть не нужно двигать чужие границы, не нужно залазить в мечеть с нашими молебнами, не нужно заходить в синагогу с нашими богослужениями и не нужно пускать мусульман в храм для намаза. Хочешь зайти - зайди, но намаз совершать - это не то место. Это провокация,

- резюмирует протоиерей Андрей Ткачёв.