Укрепление позиций действующего сирийского режима в результате серии военных побед в стране вызвало активизацию Израиля, регионального игрока, до сих пор занимавшего относительно пассивную позицию в рамках кризиса. В то же время данная тенденция не случайна и отражает как опасения Израиля относительно возможного изменения соотношения сил в регионе в пользу Ирана, так и возможные новые тенденции внешней политики США. СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПОРАЖЕНИЕ СИРИЙСКИХ БОЕВИКОВ В АЛЕППО И ПЕРЕЛОМ в конфликте в пользу Дамаска означает на данном этапе и серьезное поражение проекта аравийских монархий по расчленению шиитского альянса в составе Ирана, Ирака, властей Сирии и ливанского движения "Хезболла". Для Израиля же это означает непосредственное приближение к его границам стратегического противника в лице Ирана. На этом фоне 30 ноября израильская авиация нанесла авиаудары по целям к западу от Дамаска, по некоторым данным, удары были нанесены по складу боеприпасов сирийской армии, а также по колонне грузовых автомобилей с боеприпасами. Также в начале декабря с по сути программным заявлением выступил министр иностранных дел Израиля Авигдор Либерман, подчеркнувший, что преодоление конфликта в Сирии требует ухода Башара Асада. "Что имеет ключевое значение для какой бы то ни было сделки в Сирии? Я не уверен, что это возможно. Но есть два предварительных условия: Асада и иранцев - из Сирии", - заявил израильский министр. "Мы должны поставить Асада на место, поставить иранцев на место", - подчеркнул Либерман. В свою очередь премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху заявил о намерении обсудить ядерную сделку с Ираном с избранным президентом США Дональдом Трампом. Он также выразил уверенность в том, что "США должны оставаться доминирующей страной в мире и на Ближнем Востоке". ВЫСКАЗЫВАНИЯ ЛИБЕРМАНА И НЕТАНЬЯХУ И УЖЕСТОЧЕНИЕ позиции в отношении Дамаска, являющегося ключевым союзником Ирана, свидетельствуют о том, что после нарушения баланса сил в сирийском конфликте в пользу Тегерана израильская сторона переходит к более жесткому сдерживанию Ирана в регионе. И в этом Израиль собирается опираться на своих союзников, и прежде всего США. Также, скорее всего, будет иметь место дальнейшее укрепление теневой коалиции между Израилем и саудитами. В октябре бюллетень Intelligence online сообщил о все более тесном сотрудничестве разведки Саудовской Аравии с израильскими спецслужбами. По оценке издания, сотрудничество между двумя странами в области иранского досье и его ответвлений достигает беспрецедентного уровня. Как уже отмечалось, более активный курс Израиля в отношении Ирана, скорее всего, будет синхронизирован с соответствующими сдвигами во внешней политике США. Хотя говорить о конкретных планах администрации Трампа в отношении Ирана пока рано, однако отдельные признаки позволяют представить себе некоторые их контуры. В первую очередь выработка и реализация планов произойдет на фоне уже существующего неблагоприятного фона, связанного с разочарованием Ирана в перспективах ядерной сделки. Обострило ситуацию и продление США односторонних санкции в отношении Тегерана, которые, будучи формально не связаны с ядерной программой ИРИ, в то же время, наложившись на неблагоприятные ожидания от прихода к власти Трампа, вызвали резкую реакцию Тегерана. Западные СМИ сообщают о стратегии, которую, возможно, изберет администрация Трампа для фактического срыва ядерной сделки с Ираном. По данным Financial Times, переходная команда Трампа изучает возможность введения новых санкций против Ирана, не связанных с его атомной программой. Предлогом для их введения могут стать иранская программа разработки баллистических ракет и вменяемые Ирану нарушения прав человека. По мнению авторов инициативы, введя новые санкции, США смогут избежать необходимости выхода из ядерного соглашения с Ираном. ОДНАКО НА ПРАКТИКЕ ДАННЫЙ КУРС ВЫЗОВЕТ РЕЗКУЮ ОТВЕТНУЮ РЕАКЦИЮ ИРАНА и в сочетании с уже имеющимися сложностями с реализацией ядерной сделки может создать негативный фон для его сохранения и в итоге привести к коллапсу соглашения по ядерной программе. Свою роль здесь могут сыграть и внутрииранские аспекты, в частности, давление на администрацию Роухани со стороны иранских консерваторов, для которых срыв ядерной сделки является средством ослабления позиций действующего президента Ирана в преддверии президентских выборов в стране. Еще одним признаком предстоящего, в том числе и силового, ужесточения политики США в отношении Ирана и на Ближнем Востоке в целом стал выбор Дональдом Трампом в качестве нового главы Пентагона отставного генерала морской пехоты Джеймса Мэттиса, известного как "Бешеный пес". Данный выбор отражает намерение Вашингтона сделать Ближне-Восточный регион одним из приоритетов своей политики. Мэттис принимал участие в американских операциях в Афганистане и Ираке, а в 2010-13 годах занимал пост главы центрального командования Вооруженных сил США, ответственного за ведение боевых действий в регионе Ближнего Востока. Мэттис также известен своей критикой ядерной сделки с Ираном. В результате после смены власти в США Иран может столкнуться со все более жестким и согласованным противодействием со стороны США и Израиля. Если администрация Обамы в отношении Тегерана сочетала политику сдерживания и вовлечения, что вызывало недовольство Саудовской Аравии и Израиля, то при Трампе США могут перейти к жесткому, в том числе и силовому, сдерживанию процесса укрепления региональных позиций Ирана. И, скорее всего, одним из последствий данного курса для внешней политики Ирана станет дальнейшее сближение Тегерана с Россией и Китаем. Давид АРУТЮНОВ, "Голос Армении"
