Рынок труда не опустел
Каков сегодня уровень безработицы в России? А в Хакасии? Согласитесь, когда экономический кризис заставляет затягивать пояса, то вопросы о ситуации с рынком труда звучат более чем актуально.
На минувшей неделе председатель республиканского госкомитета по занятости населения Ирина Ахметова посетила заседание клуба главных редакторов муниципальных СМИ и очень детально рассказала о том, как выглядит республиканский рынок труда в цифрах, фактах и тенденциях.
— Вполне уверенно можно говорить о том, что ситуация с безработицей в Хакасии стабильная. Но чтобы говорить так, а не иначе, нужно сравнивать определённые временные периоды и делать объективные выводы, — начала введение в важную тему Ирина Виссарионовна.
По её словам, наихудшие показатели по безработице были в Хакасии в 2009 году, тогда её уровень в республике доходил до четырёх процентов, а это около десяти тысяч человек из числа трудоспособного населения республики. Сейчас же количество безработных у нас не превышает 4,5 тысячи человек. То есть уровень безработицы снизился до 1,7 процента. Согласитесь, весьма неплохо, особенно если учесть, что на упомянутые выше 4,5 тысячи безработных в базе госкомитета по занятости имеется три с половиной тысячи вакансий.
Портит бочку статистического мёда только количество так называемых профессиональных безработных. Это те, кто стоит на учёте в госкомитете по занятости более года. Таковых в Хакасии 10 процентов от общего количества зарегистрированных на бирже труда. Очевидно, что работать эти граждане не хотят, потому как после многомесячного сидения без дела стремление к труду у множества профессиональных безработных атрофируется вовсе.
— Тем же, кто готов и хочет найти работу, но не видит достойной вакансии или не обладает навыками, востребованными на рынке труда, мы предлагаем пройти переобучение, — говорит Ахметова. — В этом году через программы по освоению новых специальностей пропустили 500 человек. Важно, что направления переобучения в госкомитете формировали по предложениям работодателей. Именно они «заказывали» у органа государственной власти тех или иных специалистов, а госкомитет помогал всем желающим получить нужные для трудоустройства навыки.
Журналисты, конечно, не могли не спросить у председателя госкомитета о программах активной занятости, когда безработным выделяют средства на создание собственного дела. По сути, платят за то, чтобы они переставали стоять на бирже в качестве безработных. Думаю, что многие помнят, как начиная с 2009 года по всей стране массово раздавали по 58 800 рублей безработным, желающим открыть собственный мелкий бизнес. Счёт выданным субсидиям в Хакасии шёл на тысячи. И они сыграли существенную роль в снятии напряжённости на рынке труда.
— С 2012 года все программы активной занятости с федерального уровня перевели на региональный. То есть Хакасии, как и всем в стране регионам, предложили самостоятельно изыскивать средства на это направление. Мы от него не отказались. В этом году в бюджете заложено 45 субсидий на открытие собственного дела для безработных. Столько мы смогли себе позволить с учётом того, что размер одной субсидии республика увеличила до 120 тысяч рублей, — сообщила Ирина Ахметова.
Важная деталь. По словам руководителя госкомитета по занятости, приоритет при выдаче таких субсидий отдаётся жителям малых сёл и гражданам, проживающим в Вершине Тёи, где закрылось градообразующее предприятие — местный рудник.
Вдумчивый читатель, дочитав до этих строк, конечно, задастся вопросом, а можно ли верить цифрам официальной статистики в отношении уровня безработицы? Эту же тему подняли и на встрече с Ириной Ахметовой. Потому как слишком уж благостно выглядят эти цифры.
— Конечно, мы понимаем, что число безработных граждан в республике выше, чем количество тех, кто официально встал на учёт. Но мы оперируем данными статистики лишь в отношении официально зарегистрированных безработных граждан. Впрочем, есть и другая методика. С помощью социологических опросов в Хакасии выявляется и уровень так называемой общей безработицы, — пояснила Ахметова.
Это как раз та безработица, которая шире рамок официальной статистики. Так вот, уровень общей безработицы в Хакасии составляет 5,9 процента. По этому показателю Хакасия на 27-м месте в России и на третьем в Сибирском федеральном округе. Это примерно 15 тысяч человек из числа граждан республики в возрасте от 15 до 72 лет. Именно такую широкую возрастную категорию опрашивают социологи, чтобы выявить уровень этой самой общей безработицы.
Важно отметить, что в число таких безработных могут попадать и те, кто работу не ищет вовсе. Например, домохозяйки или люди, живущие личным подсобным хозяйством. «Зашиты» в статистику общей безработицы и те, кому уровень доходов от неофициальной трудовой деятельности позволят жить так, чтобы не гнаться за пособием по безработице, официально оформляя свой статус на бирже труда. Таким образом, статистика общей безработицы тесно связана с понятием неофициальной занятости, или теневого рынка труда.
С недавних пор государство уделяет борьбе с названным явлением самое пристальное внимание. Нацелил на эту тему государственную машину президент России Владимир Путин, издавший соответствующий указ. В соответствии с ним теперь федеральные органы власти спускают в региональные структуры, отвечающие за местные рынки труда, циркуляры с количеством граждан, которых нужно вывести на чистую воду, то есть легализовать в соответствии с трудовым законодательством. Хакасии, например, в этом году нужно вывести таким образом из тени 15 432 человека. На 1 октября 2016 года годовой план республика выполнила уже на 64 процента. И в сравнении с другими регионами страны выглядит вполне прилично. Как же это работает?
— В этом вопросе мы взаимодействуем с другими государственными органами. Запрашиваем, например, в налоговой инспекции информацию о количестве выданных СНИЛС, а затем смотрим, с какого количества СНИЛС идут отчисления в Пенсионный фонд России. Таким образом определяем количество тех, кто работает официально и платит налоги, — поясняет Ахметова.
В отношении всех остальных начинается адресная работа, причём в тесной связке с муниципалитетами. Потому как местный уровень власти кровно заинтересован в легализации теневого рынка труда. Ведь 70 процентов отчислений от налога на доходы физических лиц идёт в бюджеты муниципалитетов. То есть чем больше легализовали официально не трудоустроенных, тем больше собрали налогов. А чтобы работа шла более эффективно на районном и городском уровнях, за легализацию рынка труда отвечает вполне конкретное должностное лицо. Более того, в районах работают и комиссии по легализации официально не трудоустроенных граждан. На них приглашают предпринимателей, которые уклоняются от уплаты налогов, и доходчиво объясняют, что время хитрить прошло. Все должны работать официально. На многих действует. Особенно когда приходит понимание, что вслед за разговором последуют действия административного характера.
— Конечно, проблем в этой работе хватает. Ещё очень многие предприниматели нанимают людей неофициально. Где-то практикуют договоры подряда, где-то на полставки сотрудников устраивают, чтобы на налогах сэкономить. Но таким бизнесменам важно донести мысль о том, что государство серьёзно и системно взялось за вопрос легализации всех работающих граждан. А это значит, что времена, когда можно было безбоязненно платить людям зарплату в конвертах, закончились, — говорит Ахметова.
От себя добавлю, что, распутывая клубок проблем нелегальной занятости, органы власти, по сути, восстанавливают социальную справедливость. Потому как те, кто официально не трудоустроен, не отчисляют платежи в фонды, за счёт которых финансируется социальная сфера. Но при этом они ею активно пользуются. Ездят по созданным на деньги этих фондов дорогам, водят в школы и детские сады детей, получают пособия и иные виды социальной поддержки. То есть живут за счёт тех, кто исправно платит налоги. За наш с вами счёт. Так что закручивание гаек в отношении неофициальной занятости вполне оправдано. Если уж кто-то берёт что-то из общего социального котла, то и вкладывать в него непременно должен. Иначе никак. Такие теперь времена.