10 лет за покушение на бизнесмена
В суде Латгальского предместья Риги в понедельник вынесен приговор по делу о покушении в тюрьме на экс–совладельца ТЦ Mols, Arēna Rīga, Z–torni и Rīgas jahtklubs Игоря Иванова. Пока оглашена только краткая (резолютивная) часть: подсудимая Татьяна Смолякова приговорена к 10 годам и двум месяцам тюрьмы.
Как пояснила нам ее адвокат Валентина Ольхова, Смолякова сразу была арестована в зале суда.
На момент покушения на Иванова Татьяна Смолякова была старшим инспектором отдела безопасности Центральной тюрьмы. Суд достаточно сурово оценил ее роль в этом деле и, по сути, согласился с обвинением. Прокурор в ходе дебатов просил для обвиняемой 10,5 года тюрьмы.
Однако, как заявила нам Валентина Ольхова, апелляция обязательно будет. Защита ознакомится с полным текстом приговора, который ожидается 12 сентября, и обжалует его. Адвокат Ольхова также отметила: это необычно, что ее подзащитная была сразу арестована. Странная суровость. В подобных случаях, когда под судом находится дама в возрасте (Смолякова уже на пенсии) и добросовестно участвует во всех следственных действиях и судебных заседаниях, за решетку у нас отправляют только после апелляции.
«За убийство Иванова предлагали 100 000»
По версии следствия, организатором покушения был Станислав Лебедев, который в свое время был шофером и охранником экс–партнера Иванова по бизнесу. Он непосредственно договорился об операции с заказчиком убийства и привлек в качестве исполнителя свою знакомую — Смолякову.
Однако Лебедев пропал еще в ходе следствия. Судя по слухам, он в России. На скамье подсудимых по этому делу оказалась только пенсионерка Смолякова.
Прокурор требовал для обвиняемой, помимо 10,5 года тюрьмы, также 2–летнего проверочного срока и 3–летнего запрета быть должностным лицом.
Процесс проходил за закрытыми дверьми, так что официальных данных по нему немного. Но нам стало известно, о чем рассказывала сама Татьяна Смолякова.
Начнем с главного: что же толкнуло эту опытную сотрудницу тюрьмы за год до пенсии (!) на «пособничество в подготовке умышленного убийства другого лица в корыстных целях»?
Частично эта дама согласна с обвинением. Действительно, летом 2010 года к ней обратился знакомый — Станислав Лебедев. Он тогда был охранником и шофером Б., бывшего делового партнера Игоря Иванова. По его словам, «влиятельные люди заинтересованы в убийстве Иванова и готовы заплатить за него 100 000. (Она не помнит, в какой валюте.)
Именно Станислав Лебедев и договаривался с заказчиком.
Далее были переговоры с неким «доверенным лицом», и этот человек заверил, что совершить убийство в тюрьме почти невозможно, и убедил встретиться с другим человеком «на воле». 26 августа 2010 года этот человек якобы дал согласие на предложение Смоляковой и указал, что исполнителем убийства будет человек из Литвы. Он также пообещал дать номер телефона киллера, чтобы заказчик мог лично контактировать с исполнителем…
Тут, уважаемый читатель, немного прервемся, чтобы объяснить появление литовского исполнителя заказа. Тюрьма — это особый мир со своими отношениями. И покушение на человека с определенной репутацией здесь чревато последствиями, которые никакими деньгами не могут быть компенсированы.
Отметим и такой факт: напарник Смоляковой, судя по упоминанию обвиняемой, обсуждал заказ с «авторитетами» Риги. И получил ответ от Ахмета: на тюрьму у него руки коротки, за это он не возьмется.
С учетом этих сложностей и появился киллер из–за границы.
…Получив телефон литовца, Смолякова отослала его Лебедеву. И, таким образом, резюмирует обвинение, Смолякова «из корыстных побуждений сделала все от нее зависящее, чтобы осознанно пособничать убийству Игоря Иванова».
То есть если исходить из версии обвинения, то подсудимая согласилась поинтересоваться возможностями организации убийства. Таким образом, делает вывод прокурор, Смолякова согласилась на преступление.
Но сама Татьяна Смолякова настаивает, что в покушении она не участвовала, а, наоборот, пыталась его предотвратить. Она просто хотела выяснить: действительно ли есть заказ на Иванова и можно ли нечто подобное осуществить в тюремных условиях.
Обвиняемая при этом не отрицает: да, в этих переговорах она участвовала.
— Я сразу сказала, что никакого убийства организовывать не стану. И никаких корыстных мотивов у меня не было, — утверждает она. — Никаких денег я не получала.
— После передачи литовского номера никаких больше действия я не совершала, а Лебедев очень скоро вообще не стал отвечать на телефонные звонки. Все связи с ним оборвались. В ноябре 2011 года я вышла на пенсию и забыла об этом случае. Полагаю, моя вина прежде всего в том, что не информировала об этой разработке руководство. Думала, что если что–то начнет проявляться, тогда и доложу.
А поскольку «ничего дальше не пошло», она и не стала докладывать наверх.
«Заказчик приехал с Украины»
Отметим важное: экс–шофер и охранник Станислав Лебедев в ходе следствия давал показания, которые версии Смоляковой не противоречат. Он сообщил, что В 2010 году в Ригу стал приезжать из Ивана–Франковска Ш. — еще один деловой партнер Игоря Иванова (а вовсе не бывший босс его, Лебедева. — Авт.).
В разговоре с этим российским партнером он (Лебедев) и услышал, что у Иванова есть враги, которые хотят завладеть имуществом последнего и устранить бизнесмена физически.
Этот партнер как–то раз и сказал: Игорю Иванову подселили нового сокамерника Г., который должен был заняться этим «физическим устранением». Тогда он (Лебедев) сказал, что у него есть знакомая — сотрудница тюрьмы. Через некоторое время бизнес–партнер посоветовал поговорить со Смоляковой и предложить сокамернику Игоря Иванова физически устранить соседа. Но только для того, чтобы «выявить всю цепочку исполнителей и выйти на заказчиков».
Вот он и встретился со Смоляковой. Поговорили, и та согласилась на этот план. Но на этом все и закончилось.
Подробности читайте в новом номере «Вести Сегодня» 30 августа