В школу на одном коньке. Каким помнят Леонида Гайдая земляки?
Иркутский режиссёр, руководитель молодёжного центра областного отделения Союза кинематографистов РФ Юрий Яшников рассказал «АиФ-Иркутск», чем занимался Гайдай в Иркутске.
Творческая натура
С детства Леонид выделялся своим нестандартным мышлением. Например, от дома почти на самом конце улицы Касьяновой в микрорайоне Глазково до школы, которая сейчас называется лицеем №36, он добирался очень оригинальным способом - на одном коньке. Потом зарывал своё устройство в сугроб, подальше от глаз учеников и учителей, а после уроков откапывал и отправлялся тем же способом домой.
В средних классах учительница химии начала «раздавать» ученикам будущие профессии. Она сказала, что Гайдай рано или поздно станет артистом. У неё были основания для такого заявления - творческая натура будущего режиссёра так и выплёскивалась наружу: в железнодорожном клубе он играл на балалайке и постоянно заглядывал в театральную студию. «Дозаглядывался» до того, что однажды его взяли на одну из ролей.
Под влиянием сатиры
20 июня 1941 года Гайдай отпраздновал свой выпускной, а через два дня началась война. С большинством своих одноклассников он отправился в военкомат. На фронт его не взяли, но Леонид был так уверен в том, что станет солдатом, что даже не стал готовиться к поступлению в институт. Вместо этого он поступает рабочим сцены в иркутский областной драмтеатр. Это происходит осенью 1941 года, когда Московский театр сатиры эвакуировали в Иркутск, а наша труппа отправилась в Черемхово. Гайдай попадает под влияние лучших комедийных драматургов и актёров страны. Он признавался, что знал тогда все пьесы наизусть.
Приметный студент
После войны, на которую Гайдай всё-таки попал, он поступил в театральную студию при иркутском драмтеатре, где оказался намного старше своих сокурсников. Высокий, лопоухий, с громким голосом и блестящей дикцией - не заметить его было невозможно. Позже его принимают в основную труппу драмтеатра. Тогда он не задумывался о режиссерской карьере и грезил только актёрством.
Вскоре Гайдай поступает во ВГИК. Приезжает домой, чтобы пройти практику на Восточно-Сибирской студии кинохроники. Одноклассники режиссёра вспоминали, что когда он уже жил в Москве, все его знакомые из Иркутска, посещающие столицу, останавливались у него. Супруге режиссёра Нине Гребешковой часто приходилось терпеть такие «нашествия».
Дом уже не «крепость»
Частный дом на улице Касьяновой, который Леонид помогал строить своему отцу и брату, сейчас находится в полуразрушенном состоянии. О его исторической ценности напоминает только мемориальная доска, которую можно увидеть, если хорошо приглядеться. Дом принадлежит родственникам Гайдая, но живут они там, или сдают кому-то - судить трудно: на диалог владельцы памятного здания не идут.
Кстати
У Иркутска не один «гайдаевский» повод для гордости, а целых два: старший брат Леонида - Александр - был известным журналистом и поэтом. В отличие от Леонида, его сразу взяли на фронт. Там заметили писательский талант и отправили в полевую газету. Около 30 лет после войны Александр проработал спецкором ТАСС в Иркутской области. К сожалению, его творчество не так хорошо известно иркутянам, как киноработы его младшего брата.