"...Через час или через день, эту улицу взорвали"
Наш колумнист - о том, что чувствует военный корреспондент, месяц пробывший на войне
Завтра исполняется месяц командировки в Сирию, и как обычно, в этот срок настает некое опустошение. Перестаешь высыпаться. То есть, если повезло и лег в 21.00 и встал в 9.00, такой же, как и был. Что спал, что не спал...
Внешне все нормально - сухой, поджарый, глаза запали, двигаешься быстро, как робот, которого запитали напряжением в 380 вольт, вместо 220. Но внутри все ссохлось, как ядро у новогоднего ореха, найденного во время генеральной уборки к Первому мая. Вывернулся из жадных рук, упал с елки и закатился под батарею, мерцал там золотой кожурой сквозь реликтовую пыль, никого более не радуя. Не трогая за душу. И тут происходит тоже самое.
Смотришь с холодным сердцем на километры развалин. На заплесневелые игрушки в детской с выбитыми стеклами. На бетонные плиты, которые раздавили комнату с мебелью. Высохшие сады и бассейны, ржавые замки на дверях, которые уцелели, потому что двери взорвали …