Кризис в текстильной отрасли Узбекистана. Экономист указал на провалы нерыночной модели
Экономист сослался на сегодняшнее заявление президента, согласно которому ключевым фактором кризиса стало двукратное падение мировых цен на хлопок — с 3 тысяч долларов в 2022 году до 1,5 тысячи долларов за тонну. Это, отметил он, сильно ударило по кластерам.
По логике рыночной экономики, пояснил Юсупов, удешевление сырья должно было снизить себестоимость, повысить конкурентоспособность продукции, стимулировать расширение производства, рост прибыли и погашение долгов. Однако в Узбекистане произошло обратное, что он охарактеризовал как ситуацию, способную вызвать полное недоумение.
Экономист отметил, что такая логика работает в рыночных условиях, но в текстильной и сельскохозяйственной сферах страны действует административно-командная система. Формально хлопковые кластеры являются частными компаниями, однако создавались они указами президента, под льготы и гарантированные государством низкие закупочные цены на хлопок.
Он напомнил, что налоговые послабления и льготные кредиты обеспечивались за счет налогоплательщиков и заемщиков, а заниженная цена сырья — за счет фермеров, которых обязали выращивать хлопок на определенных землях и продавать его кластерам.
По словам Юсупова, когда мировая цена хлопка была высокой, система еще как-то работала: фермерам платили больше, а кластеры зарабатывали. С падением мировых цен схема развалилась. Попытка снизить закупочную цену для фермеров привела к пониманию, что их производство станет нерентабельным, поэтому власти перешли к бюджетному субсидированию как фермеров, так и текстильных предприятий. При этом, добавил он, от этой схемы отказываться не планируют.
Экономист подчеркнул, что в нерыночной модели в государственные и формально частные проекты, придуманные чиновниками, направляются крупные суммы. Частных инвесторов привлекают льготами, обещаниями монополии и дешевых ресурсов, что выгодно как бизнесу, так и самим чиновникам.
Он отметил, что когда такая модель перестает работать — например, из-за падения мировых цен или утраты конкурентоспособности — предприятия получают новые льготы и субсидии, сохраняя монопольное положение. В качестве примера он привел автопром, который уже три десятилетия защищен высокими пошлинами на импорт.
По словам Юсупова, там, где существуют льготы, субсидии и искусственные монополии, всегда появляются чиновники с откатами и взятками. Он охарактеризовал эту схему как ПКН — произвол, коррупция и неэффективность — и подчеркнул, что именно такие механизмы делают страну бедной.
Напомним, что Узбекистан собирается импортировать высококачественный хлопок из США, хотя ежегодно выращивает 1–1,2 миллиона тонн собственного волокна и полностью перерабатывает его внутри страны. Власти уверяют — речь не о замещении местного сырья, а о дополнении производства для выхода на новые премиальные рынки.