Вполне возможно, что с приходом Трампа, «правым поворотом» в мире, заморозкой военного конфликта на западных границах РФ может в очередной раз поменяться и идеологическая надстройка. Экспорт традиционных ценностей, которые на сегодняшний день представляют довольно расплывчатую метафору (от пентабазиса до сословно-родовой архаики), может оказаться не столь востребован. Точнее, Запад, истосковавшийся по рационализму (а насаждение квир-теории мало чем отличается от аналогичных традиционалистских интервенций), вполне может вернуться к чему-то более-менее нормальному, и тогда наш «малиновый звон» окажется не таким уж редким и привлекательным продуктом. Тем более что у нас самих с этими самыми ценностями дела обстоят так себе. По разводам лидируем, детей рожать не хотим, религии предпочитаем магов и гадалок, да и, страшно сказать, нетрадиционные формы отношений никуда по-прежнему не делись. Так что ценности — ценностями, но относятся к ним как к салату оливье на новогоднем столе: быть должен, в старой хрустальной бабушкиной вазе, но только раз в году. В общем, пока мы вроде как единственное предложение на рынке, любая продукция, пусть и сделанная на отвались, в целом продается. Но выдержать даже минимальную конкуренцию будет сложно. Недаром даже большие деньги и натужный поиск талантов так и не дали за последние пару лет ярких патриотических звезд и произведений. Поп-хиты, сделанные на скорую руку и по заветам Инстасамки «за деньги — да», без вливаний в их раскрутку и трансляцию моментально растворяются и забываются потребителем. Для сравнения, те же irish patriotic songs, в большом количестве написанные освободительным движением Ирландии, поются и перепеваются годами и исполнителями всех стран и континентов, включая Россию. Но отказываться от традиции было бы не совсем правильно. Во-первых, на прогрессивную идеологию нам сейчас замахнуться многое просто не позволяет. Во-вторых, в традиционализм уже и средства вложены, указы есть, да и истеблишменту в целом этот вектор более понятен. Особенно в разрезе традиции для массмаркета, конечно, а не для элит, которым еще с советских времен было дозволено, как Юпитеру, то, что не дозволено быку. Так что традиционные ценности просто могут потребовать определенного апгрейда — от состояния темной и разнонаправленной архаики (традиционные ценности Кавказа, например, отличаются от ценностей, скажем, Сибири) до ценностей общечеловеческого гуманизма. Собственно, в начале своей трансформации Россия вроде как претендовала на роль «хранителя знаний», последней страны «истинного Запада», которая должна была вернуть Европе ее ценности просвещения и все такое прочее. По-хорошему, ставшее чем-то запретным слово «либерализм» в своем старом-добром прочтении стремления к свободам должно было бы быть поднято на флаг борьбы с «неправильным Западом», который сам начал косплеить СССР, только еще и вкупе с квир-теорией. Так что наиболее конкретные традиционные ценности на сегодняшний день — это те, которые записаны в Конституции страны. Плодиться, размножаться и слушать радио Радонеж, конечно, можно, но сама по себе репродуктивная способность организма как ценность воспринимается разве что с точки зрения эволюции (уже почти запрещенной креационистами). Если натиск со стороны «толерантного общества» ослабнет или совсем падет, то, согласно этой балансировке, ценностные ориентиры также могут быть подвергнуты необходимому апгрейду до версии 3.0, которая будет включать в себя не просто приставку «анти-», но и иметь консистентное политическое содержание. Это, кстати, несложно, так как наша постмодернистская архаика по сути своей была скорее троллингом для избыточно серьезных западных бюрократов. Вопрос лишь в том, сможем ли мы сами соответствовать этим ценностям, чтобы еще их куда-то там экспортировать, или все закончится, как обычно, по Салтыкову-Щедрину. Илья Гращенков, политолог — для Telegram-канала «Кремлевский безбашенник»
