Ставки Центробанка сделаны. Каковы последствия?
На самом деле, новость, действительно, новостью не была. Почти все факторы указывали на то, что дальнейшее снижение ставки проводится не будет. И в первую очередь, это было понятно, исходя из политических причин.
Верхом наивности являются рассуждения о том, что Центробанк проводит какую-то невероятно коварную и почти шпионскую политику, пользуясь тем, что «никому не подчиняется». У нас и прокуратура никому не подчиняется, и парламент, и суды. Несомненно, все они являются агентами ФРС США и замышляют коварные козни, пользуясь тем, что «никому не подчиняются».
В реальности всё проще и банальнее: естественно, такое глобальное решение не могло быть принято без прямого одобрения президента. В лучшем случае, можно порассуждать о том, что его сумели убедить, и он неохотно согласился. Потому что, какой бы «независимой» ни была политика и деятельность ЦБ, его руководству совсем не хочется в отставку, а такой лидер, как Путин, безусловно, снимет любого чиновника высокого уровня, если тот будет заниматься самодеятельностью. Сомневаться в том, что это решение было одобрено на самом «верху», просто глупо.
В стране довольно непростая ситуация: впереди выборы, и в таких условиях очень многие нужды будут отодвинуты на второй план перед угрозами внутриполитического обострения. Удержание валютного курса и уровня инфляции всё равно остаются наиболее приоритетными задачами. Хотя, конечно, в ситуации надвигающегося мирового кризиса и санкций требуется стимулирование реального сектора экономики. Но эти меры повышают риски, а потому с ними не спешат. По большому счёту, эту новость изрядно заполитизировали, осветив её так, будто пятничное решение было принято навечно и не подлежит пересмотру. Реальность же такова, что менять ставку именно сейчас — действительно, не самая лучшая идея.
Например, осталось всего 3 месяца до истечения «офшорной амнистии», которую можно назвать скорее ультиматумом для бизнеса. Если сторонники более активного государственного регулирования решат серьёзно ущемить интересы банкиров и олигархов, то к концу года у них будет куда больше оснований для этого, а многие решения можно будет преподнести общественности как «мы их предупреждали, но они сами не захотели по-хорошему». Но сейчас, когда сроки амнистии ещё не истекли, действительно, довольно неразумно этот вопрос трогать и демонстрировать нестабильность.
К тому же ключевая ставка сама по себе как инструмент слишком глобальна, чтобы проводить политику преференциальной поддержки реального сегмента экономики. Много идёт разговоров о том, что промышленности, сельскому хозяйству и другим нефинансовым отраслям надо оказывать адресную поддержку, но почему-то эти разговоры не заканчиваются резонным выводом о том, что ключевая ставка — не тот механизм, при помощи которого можно осуществлять эту избирательную политику. То есть это не освобождает Центробанк от критики за то, что эта деятельность им не осуществляется, но и требовать, чтобы её осуществляли за счёт именно снижения ключевой ставки — неразумно. Есть множество менее глобальных механизмов, которые позволили бы оказать узконаправленное воздействие и минимизировать при этом вероятность массовых нарушений и коррупционных рисков. Думаю, что такие планы разрабатываются, но они, действительно, не связаны с решением об изменении ключевой ставки.
И есть ещё одно крайне пикантное обстоятельство в этой истории. Объясняющее, почему деятельность НОД негласно, но очень действенно поддерживает небезызвестный господин Дворкович, один из главных представителей банковской олигархии во власти.
Дело в том, что Центробанк действительно никому не подчиняется. И поэтому на него очень трудно давить банковским кругам. Но хочется чрезвычайно. Человеком, у которого есть все рычаги для эффективного давления на ЦБ, является президент, но он едва ли будет склонен исполнять капризы банкиров. А вот организация, которая под вывеской патриотизма насмерть критикует любое движение Центробанка, весьма полезна олигархам, поскольку создаёт столь необходимое им политическое давление. Разумеется, рядовые сторонники и мысли не допускают, что своими криками лишь помогают столь ненавидимым ими банковским кругам добиваться своих задач. Но многомудрый господин Фёдоров уж точно знает, чьи интересы он обслуживает, избрав главной своей мишенью ЦБ России.
Банкам, действительно, очень выгодно было бы снижение ключевой ставки. Фридмановские «Пятёрочки» и «Перекрёстки», да и все прочие сетевики безумно обрадовались бы такому решению. Торговля — очень «банковский» вид деятельности в том плане, что там «деньги делают деньги», а реально при этом ничего не производится. Для спекулянтов всех разновидностей снижение ключевой ставки было бы пределом мечтаний. И не стоит думать, что это облегчило бы жизнь реальному сектору экономики: ему, как мы помним, ничего от банков не перепадало и в те времена, когда ключевую ставку всеми силами занижали, борясь с инфляцией. Собственно, банки — это и есть главные интересанты в том, чтобы вопрос о поддержке промышленности, сельского хозяйства и других производящих отраслей свести к обсуждению лишь размера ключевой ставки. И вот мы смотрим на НОД — вуаля! — именно это и происходит. Интересы реального сектора пытаются свести к интересам банков.
В чём банкиры очень серьёзно не заинтересованы, так это в запуске реальных механизмов, обязывающих их предоставлять льготное кредитование для определённых секторов экономики. Это то, в чём на самом деле нуждаются все производители отечественных товаров. И как решить эту дилемму?
Да очень просто! Сформировать общественное мнение таким образом, чтобы интересы промышленности люди видели только и исключительно и размере ключевой ставки. А все остальные механизмы преференциальной поддержки заболтать и убрать из общественной полемики. Сделать их «несущественными» в глазах несведущих обывателей. Тогда будут максимально соблюдены интересы банков — они смогут прокручивать деньги с наибольшей прибылью, а интересы промышленности, как всегда, останутся в стороне, потому что ей либо вообще не будут давать кредиты, либо они всё равно не будут дешёвыми, какой бы ни была ключевая ставка.
Действительно полезные для российской экономики механизмы, когда «дешёвые» деньги предоставлялись бы производственникам, а не банкам для выдачи бесконечных потребительских кредитов, совершенно невыгодны олигархам. Поэтому такие проекты любыми средствами пресекаются их ставленниками во власти. А обществу скармливаются идеи о том, что промышленности якобы будет выгодно то, что на самом деле выгодно лишь банкирам.
В таких обстоятельствах я склонен поддержать все требования в адрес Центробанка, касающиеся реализации давно озвученной президентом программы по адресной поддержке реального сектора экономики и льготному кредитованию малого и среднего бизнеса. Эти вопросы, действительно, давно назрели и нуждаются в немедленной реализации. А вот требовать огульного снижения ключевой ставки в условиях весьма нестабильного финансового и сырьевого рынков я не стану, пожалуй. Рисков такое глобальное решение несёт в себе множество, а реальной пользы для отечественного производителя всё равно не будет до тех пор, пока не будут жёстко прописаны и реализованы механизмы его адресной поддержки. Все сливки опять снимут банки, и на этом всё и заглохнет — как это и происходило до сих пор.