Умер российский режиссер Виктор Соколов
7 августа ушел из жизни режиссер Виктор Соколов. С 1960 года он работал на киностудии «Ленфильм», где снял в том числе фильм «Друзья и годы», который считал одним из своих любимых Алексей Герман. Печальная новость не попала в ленты информагентств, не заинтересовала соцсети. А меж тем нас покинул один из тонких мастеров и классиков нашего кино.
Журнал «Сеанс» публикует статью Александра Шпагина о Викторе Соколове, написанную для «Энциклопедии отечественного кино» и фрагмент интервью режиссера, взятого в 1965-м году журналистом ленинградской газеты «Смена».
В фильмах Виктора Соколова люди движутся по жизни неуверенно, наощупь. Лишенные точных жанровых координат, эти фильмы можно привести к единому знаменателю сверхсюжета, имя которому — история разочарования. Героиня его дебютной работы «До будущей весны» в отчаянии покидала деревню и с ребенком на руках отправлялась в город, где вроде бы обретала любимого человека, но мир вокруг нее не искрился радостью. В фильме «Когда разводят мосты» печальный режиссерский взгляд на мир вступал в явное противоречие с брутальностью энергичной аксеновской прозы, по которой был поставлен.
Лучшие свои картины — «Друзья и годы» и «День солнца и дождя» — режиссер снял в конце шестидесятых. Обе они вступают в открытый спор с романтическими умонастроениями оттепели. «Друзья и годы» — эпическая драма о судьбах поколения, прошедшего сквозь войну и ГУЛАГ — привычный советский сюжет о человеческой дружбе и взаимовыручке трансформирует в историю предательств. Властвующее над жизнью зло само здесь решает, кого назначать в палачи, а кого — в жертвы. Людям, прошедшим через ад, иная жизнь неведома, они неспособны к ней — такой приговор выносил автор своим героям. В «Дне солнца» и дождя излюбленный шестидесятнический мотив — юный человек в объятиях города — вывернут наизнанку: здесь город настроен к детям настороженно, недобро, если не враждебно. В семидесятые годы режиссерское дыхание Виктора Соколова сбилось; как и многие, он плутал в поисках выхода из «сумрачного леса», где оказался. Потеря пути — один из главных его мотивов в эти годы (невесть зачем уходил в народ герой «Моей жизни», оставался один на один со смертью в снежной пустыне комбат из «Дожить до рассвета»). Напротив, «Я — актриса», художественно не слишком убедительная версия жизни Веры Комиссаржевской, созданная в самом начале восьмидесятых, строилась как воспоминание о пройденном пути и верности своему предназначению. Поздние восьмидесятые и девяностые в его творчестве отмечены усталостью: режиссер подчинился поросшей коростой идеологических штампов драматургии в Родителей не выбирают; снимая Встретимся в метро, безуспешно пытался реанимировать поэтику шестидесятых. В «Сократе» и «Предлагаю руку и сердце» угадать его режиссерское присутствие было бы и вовсе невозможно, если бы не интонация тайной печали и разочарования, сближающая их с лучшими фильмами этого автора, снятыми на излете шестидесятых.