Несколько дней назад в Сирии произошло два знаковых события. При подрыве автомобиля погиб российский генерал-майор Вячеслав Гладких и находившийся вместе с ним командующий обороной города Аль-Меядин Мухаммад Тайсар Аз-Захир. Также турецкими союзниками был сбит ударный беспилотник ВВС США MQ-9 Reaper. Совпадение? Возможно, однако американские аналитики считают иначе. Специализированное издание Military Watch подводит к мысли, что это могут быть звенья одной цепи: Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, председательствовавший 23 июля на заседании Высшего Военного совета, пообещал, что турецкая оккупация северной Сирии будет продолжена. Иначе говоря, военные эксперты из США увязывают эти откровенные теракты против американцев и русских, являющихся главными соперниками турок в САР, с определением будущего статуса оккупированного ими Идлиба. Президент Эрдоган заявил, что турецкая армия останется в этой северной провинции, пока в Дамаске у власти находится партия «Баас». То есть, неопределенно долго, а нет ничего более постоянного, чем временное. На самом деле, все гораздо сложнее. Оккупацией части Идлиба и Алеппо Анкара решает целый комплекс задач: Во-первых, создается буферная зона, прикрывающая Турцию от возможного появления на территории САР и Ирака независимого Курдистана. Турки систематически выдавливают курдов из Африна: четыре года назад их насчитывалось там 97%, сегодня – лишь 34,8%. Вместо них туда переселяются религиозно и этнически близкие туркам туркоманы. Если называть вещи своими именами, идет зачистка и замена населения на более лояльное по отношению к Анкаре. Во-вторых, Турция получила фактический контроль над самыми плодородными и богатыми водными ресурсами землями северной Сирии. Сейчас на этой территории осуществляются большие инвестиции в выращивание пшеницы. Тем самым Анкара снизит зависимость от импорта российского зерна, а со временем начнет и конкурировать на этом рынке с Москвой. В-третьих, президент Эрдоган удовлетворил амбиции своего населения, среди которого весьма популярны неоосманские настроения. Турки зашли в свою бывшую провинцию Ливию, перекроили морской шельф Восточного Средиземноморья в свою пользу, присматриваются к греческим островам и ресурсам Африки. Фактическая аннексия северной Сирии вполне укладывается в эту схему. Даже в США посчитали создание штаба «Щит мира» для координации всех военных операций в САР неким подобием временной (постоянной) оккупационной администрации. Убийство высокопоставленного российского военного и атака на БПЛА американцев могут служить сигналами Кремлю и Вашингтону о том, что Анкара считает эту землю своей и не потерпит на ней никого другого: ни «партнеров», ни «союзников». Остается задаться вопросом, каковой будет дальнейшая судьба оккупированных сирийских провинций? Можно предположить, что во избежание санкций Турция не будет присоединять эти территории в свой состав по «крымскому сценарию». Гораздо более реалистичным является «кипрский сценарий», когда после военной интервенции на остров для защиты этнических турок была создана Турецкая Республика Северного Кипра. Кроме самой Анкары, ее никто не признал, но это не мешает ей прекрасно существовать и претендовать на свою долю морского шельфа, богатого природными ресурсами.
