Часть местных активистов возбудилась так, что кинулись по магазинам скупать портреты спасителя, который можно в передний угол повесить. А так… Серьезно? То есть после того, как из завода выжали все соки, когда кончилась гора и могут предъявить претензии по поводу восстановлении нанесенного природе ущерба, плюс есть вариант, что прикроют лавочку с горой, с которой сырье можно ведрами через забор перекидывать, мы вдруг решили стать собственниками соды? Если честно, спорное приобретение. Хотя я понимаю, что происходит. владельцы БСК поняв, что халява кончилась и теперь нужно привлекать длинные деньги на реструктуризацию производства и построения логистики к новым месторождениям, к чему они вот вообще не готовы и им это не интересно. Был шанс, еще какое-то время снимать с говна сливки раскопав гору под боком, но шум, который вышел не только на федеральный уровень, но и на международную повестку поставил эти планы под угрозу. Что делать? Тем более, что деньги на лоббирование своих интересов под обещания порешать им все вопросы они ввалили не мало. Да все просто, продать контрольный пакет республике по завышенной цене, тем более что сделать чем два пальца о Куш-тау, при наличии чувства вины у «решальщиков» и желании искупить свою вину бюджетными деньгами. Ах вот ты какой, компромисс… Эхо Москвы Оригинал публикации
