Патриархат или общество равных?
Впервые на русском языке вышла книга «Гендер и власть» почётного профессора Сиднейского университета, советника ЮНЕСКО и ООН по вопросам гендерного равенства, автора термина «гегемонная маскулинность», открытого транссексуала Рейвин Коннелл (Роберта Коннелла). Анализируя феминистские, психоаналитические и социобиологические теории, автор основное внимание акцентирует на концепции власти в свете гендера и сексуальности.
Все государства в вопросах пола и гендера весьма активны: это и попытки контролировать рождаемость, и законодательно установленный брачный возраст, и политика в области образования (мужские и женские профессии) и воспитания (от полного запрета говорить о вопросах пола до сексуального просвещения в школах). Согласно либеральному подходу, пишет автор, государство «является нейтральным арбитром, но на практике может быть захвачено группами, преследующими свои специфические интересы, в данном случае мужчинами. Следовательно, институциональный сексизм государства порождён неполноценностью гражданства исключительной группы, т.е. женщин».
Государство по своей природе является патриархатом? Но как в таком случае объяснить материальную поддержку феминизма «в довольно широком спектре вопросов – от создания кризисных центров для жертв изнасилования до подразделений по делам женщин в рамках государственного аппарата и предоставления грантов на феминистские научные исследования»? Непоследовательность, спрашивает Коннелл, или противоречие? И… не отвечает.
Вопросов в книге гораздо больше, чем ответов, и на каждый посыл находится своё «но». Основная структурная реформа (борьба за освобождение женщин и геев) идёт вопреки интересам мужчин, утверждает Коннелл, но именно они по-прежнему находятся в более выигрышном положении: «Даже подчинённые формы маскулинности в каком-то смысле причастны к социальным преимуществам, которыми обладают доминирующие формы маскулинности. Как сказал об этом Майк Броукер, «пусть я и голубой, но зато я – мужчина». Допустит ли такой гордый своей маскулинностью жена-мужчина женщину к социальному пирогу?
В своей книге Коннелл часто сравнивает борьбу женщин за свои права с борьбой за свои права геев и лесбиянок и приходит к выводу, что для достижения настоящего гендерного равенства необходимо «устойчивое политическое присутствие феминисток и геев на уровне групп давления» на общество с их поддержкой толерантным большинством. Вот тогда и «будут обеспечены индивидуальная физическая и экологическая безопасность, насыщенная социальная жизнь и историческая перспектива».
Может быть… Но не придёт ли на смену гендерной конкуренции какая-то иная? Например, между геями и лесбиянками? Не как представителями определённого пола, а как социальными группами? Ответит ли гей из высшего общества на любовь гея из трущоб?
Странное чувство возникло после прочтения этого исследования. При полном моём неприятии гендерного насилия и неравенства некоторый элемент неравенства я бы всё же оставила. Хотя бы, чтобы понятие маскулинности не исчезло за ненадобностью.