«Тут вот «Ай!», а тут вот «Ой!»: своеобразные диалекты ульяновской области
Любопытно, что даже в разных районах Ульяновской области все говорят по-разному. В чём же основные отличия?
Пенсионер Виктор Баскаков – учитель литературы по образованию. Будучи студентом ульяновского пединститута, он бывал в фольклорных экспедициях по нашему краю и отмечает, какие мы все разные, хоть и живём в одной области. В Барышском, Вешкаймском, Инзенском, Карсунском, Сурском районах «акают», а в большинстве остальных районов – «окают». В некоторых сёлах, к примеру, Майнского района сельчане произносят в начале слова вместо безударного звука «о» звук «у».
— На железнодорожном вокзале был свидетелем ссоры пожилой женщины с проводником багажного вагона, отказавшимся везти её огородные ящики, — рассказывает Виктор Викторович. — Старушка кричала на весь перрон: « Я в убластную газету пропишу, что начальник утделения утказался утправлять наши угурцы»…
Ребята из Винновки твёрдо выговаривали мягкий звук «ч»: «уЧЫтель», «заЧЭм», «Чашка».
— Зато как удивлялись поляки, когда наш Ульяновский хор профсоюзов пел в Кракове и Варшаве их песню с истинно «польскими» «ч» и «щ». Так что, если вы говорите «ч» твёрдо, радуйтесь в турпоездке по Варшаве, — смеётся Виктор.
А вот в Больших Ключищах и вовсе иной раз используют слова, которые могут быть непонятны жителям других населённых пунктов. Например, выходцы из этого села говорили: вилок – кочан капусты, подловка – чердак, заслонка — железная крышка у русской печи, зырь – смотри, мослы — крупные кости, зенки – глаза, рахманный – никудышный, косырь — большой нож с толстым лезвием, им скребли дощатые полы при мытье, манарка — плюшевый жакет, женское полупальто на вате, изнахратить — испортить, пошто — зачем и так далее.
— В других регионах считают, что у ульяновцев напевная речь, — говорит Виктор. — Когда я работал в Уральском русском народном хоре, мои коллеги-свердловчане с улыбкой ждали, как я отвечу на их вопрос: «Вить, который час?» И потом, довольные, они передразнивали: «Без пЯти-и-и…», да ещё и с «распевом». Да, ульяновцы «поют» в конце слова. Прислушайтесь!
Как-то на концерте казачьего ансамбля в советском посольстве в Копенгагене Виктор специально произнёс для русских дипломатов фразу: «Шабёр отудобел, сгоношил всклень лагун кислушки и третьёводни ажно задоргу сбрушил». Они, конечно, ничего не поняли. Хотя любой житель Карсунского района смог бы перевести эту фразу как «Сосед выздоровел, приготовил полный бочонок самогонки и позавчера даже сломал задоргу».
Объясняется эта разница в произношении легко. Современный русский язык – один из диалектов древнерусского языка. Древние люди, населявшие Русь, были в основном неграмотными, не могли проверить использование слов в словаре и не придерживались определённых правил в речи. Поэтому до XIV века долитературный древнерусский язык развивался как устный, стихийно. К XIV же веку Русь представляла собой удельные княжества, часть из которых была захвачена татаро-монголами, но язык продолжал развиваться. В географически близких областях эволюция речи происходила по-разному, вот и появились свои особенности.