Дагестанцы попали в спорт-роту спецназа ГРУ. Просили перевести в другую через месяц

В нашем отряде была рота, которая отвечала за все показные мероприятия. Что касается марш-бросков, соревнований – за все отвечала спортивная рота, которая душила лень целыми днями.

Парни не успевали даже спать, потому что постоянно находились в движение. Прибыв обратно в расположение, их тут же направляли на очередные тренировки по рукопашному бою, остальная часть занималась в лесу с инструкторами.

У остальных рот был совсем другой уровень подготовки. Основная масса времени давалась на огневую подготовку.

И вот пришло время, когда к нам начали переводить парней из учебок. Очень большое количество прислали из Новосибирской учебки. Порядка десяти человек пришли в звание младших сержантов, остальные – обычные рядовые.

Первое, что нас сильно удивило – это наличие кавказцев. За все время прохождения службы в стенах нашей бригады, я не встречал кавказский парней, а тут целых двое, причем с ярко выраженной борзотой.

 

С первых шагов в расположение, они уже пытались установить свой порядок. У себя в учебке они были командирами отделений, устраивая яркие шоу каждую ночь. Командование было не против, а им за радость.

Первую «ответку» они получили вечером, когда старшина начал распределять наряды.

- Карим(выдуманное имя). На КПП.

- Э-э-э. Какой КПП. Я дежурным всегда ходил.

- Ну походишь дневальным значит.

- Я не пойду.

Старшина медленно подошел к Кариму, заглянув своим пронзительным взглядом по самый «мешок», и быстрым пробитием «фанеры», отправил его в кубрик. Для обдумывания своих слов, так сказать.

- Второй дневальный – Халил. Или ты тоже возражаешь?

- Я не пойду дневальным. Если хотите драться, то давайте один на один.

Старшина подошел к Халилу, и отточенной точностью пронзил «фанеру» своей ручищей. На следующий вечер на КПП ютились Карим, Халил и дежурный сержант-контрактник.

Через неделю начали разбор дел, которые прислали из учебки. Оказалось, что Карим и Халил – КМС по вольной борьбе. В учебке участвовали в трех областных соревнованиях, где заняли первое и второе место. Спортивная рота отрывала таких парней с ногами и руками.

 

Сколько было у них радости, когда узнали, что их переводят в другую роту. Видимо надеялись, что там их блатная манера пройдет, но и тут ошиблись.

Ротный там был лютым мужиком. Было такое ощущение, что он даже дома спит с автоматом, а на завтрак пьет ядерное топливо, закусывая болтами. Никогда мы не видели его в спокойном состояние. Постоянно орет и гоняет так, что пар из ушей валит.

На следующее утро мы увидели наших старых знакомых в шортах и голым торсом, бегущими по лесным тропам с блинами по 15кг. Вид у них был еще хуже, чем когда они были у нас.

Видя их каждый день с новой ноткой усталости, нам уже становилось их жаль. Было четко видно, что они не могут адаптироваться к таким условиям, где не могут проявить свою любовь к власти.

Ротный и другие офицеры стерли весь их авторитет. Для них они были очередными машинами, которые должны постоянно тренироваться.

 

Есть приказ во время свободного часа бежать с блинами по лесу? Значит нужно бежать. Есть приказ ночью устроить ПХД в ОЗК и щетками, которые приварены к лому? Значит нужно намывать пол до блеска.

Продержались они ровно месяц. Из-за неуспеваемости и усталости, их даже не отправляли на соревнования. Вид с каждым днем был все слабее и слабее. Нет, это не из-за нагрузок, а из-за властного характера. Парни просто не смогли научиться жить по порядку, за что и поплатились.

Ротный сразу же одобрил перевод. Через пару дней, наши товарищи были пригреты в автопарк водителями, но мы так их больше и не видели. По всей видимости, остаток службы они провели в ангарах и гаражах.