Доктор экономических наук, академический директор BEROC Лев Львовский — о предложениях бизнеса, которые усложняют для сотрудников увольнения и переход к конкурентам. Лев Львовский Беларуский бизнес предлагает ужесточить правила для сотрудников, которые хотят уволиться и перейти к конкурентам. Гендиректор предприятия «Компо» Валентин Пикуль озвучил проблему, когда «некоторые сотрудники, уходя работать в другую фирму, уносят с собой неотчуждаемые знания, навыки, компетенции и профессиональные связи, приобретенные за счет нанимателя». Поэтому предприниматель предложил ввести в законодательство пять изменений: например, заключать с сотрудниками, у которых есть доступ к коммерческой тайне и ключевым технологиям, соглашения о неконкуренции, а также запретить ключевым сотрудникам после увольнения перетягивать за собой бывших коллег и клиентов. — На удивление, эта великая идея происходит не из головы Лукашенко и чиновников, а как бы предлагается бизнесом, что редко для наших краев, — комментирует предложения Лев Львовский в эфире Обычного утра. — Есть страны и законодательства, в которых такая практика как минимум частично узаконена. Если человек работает очень узким специалистом или является работником нового поколения по разработке, например, микрочипов, и его вырастила компания, то заключаются соглашения, по которым сотрудник при смене работы не может разглашать технологии или же несколько лет не может работать в подобных компаниях. У нас действительно большой дефицит кадров. А его можно решать двумя способами. Первый — каким-то образом увеличить количество кадров: привезти 150 тысяч пакистанцев, бегать за так называемыми тунеядцами, прекратить репрессии и попытаться вернуть людей в страну. Но таким власти заниматься не будут. Второй — максимизировать эффективность тех, кто уже работает. Один из ресурсов экономики — релоцировать труд. То есть, перевести людей с предприятий, где они занимаются не пойми чем, на предприятия, где их труд более ценят. Это важный инструмент. Сейчас время, когда рынок труда надо сделать более гибким в этом отношении, чтобы людям было легче менять работу. Не надо заставлять людей работать на предприятии, где они не хотят. Но у нас выходят предприниматели (еще вопрос, придумали они это сами или кто-то подсказал) и предлагают расширить крепостничество. Давайте, мол, не будем делать так, чтобы люди переходили на места, которые им лучше подходят, а будем бороться с конкуренцией за труд. Если предположить, что эту меру хотят ввести для узких специалистов — это нормальные поправки к законодательству. Но, скорее всего, предлагается более широкая мера. И тогда она плохая и для людей, и для экономики в целом. В экономике это называется сервитут. И в некоторых законодательствах это считается одной из форм рабства. Не когда кто-то продал вас в рабство, а вы сами подписали контакт, что не можете сменить работодателя. Формально это сделали вы, но, если через несколько лет передумали, уже поздно. Беларуские власти, отмечает экономист, «любят сервитут». И де-факто такие практики уже применяются. Например, чтобы уволиться милиционеру, необходимо выплатить огромную сумму «подъемных». А некоторым работникам госпредприятий вместо части зарплаты дают жилье, и человек не может уволиться. — Так что у нас практики, которые ограничивают мобильность человека между работами. В том числе и выпускники медвузов не могут распорядиться своей карьерой в первые годы. Государство любит сервитут, потому что так легче контролировать труд. Но это не только про людей. Когда человек работает там, где ему больше нравится — он лучше себя чувствует, больше зарабатывает и платит налогов, больше потребляет, лучше обеспечивает свою семью. Это лучше для всех, в том числе для экономики. Но почему предприниматели хотят ввести такие меры? У них сейчас тяжелые времена. Из-за перегрева экономики растет цена на труд, при этом многие предприниматели не могут повышать цены. Поэтому они подумали: заставить государство опустить цены мы не можем, сделать более стабильную экономическую политику — тоже. Так давайте попробуем заставить людей работать за чуть меньшие деньги, чтобы мы могли не конкурировать.
