"Не попал бы сюда — уже не ходил бы". Как в Барнауле спасают людей от ампутации рук и ног
За свой первый год работы отделение травматологии № 2 в барнаульской БСМП № 2 пролечило более 500 пациентов. Его создали специально для лечения пациентов с гнойными осложнениями, рассказал главврач медучреждения Александр Берестенников. Вопрос об организации отделения стоял давно: операций из года в год проводят все больше, поэтому и осложнения встречаются чаще. Но оно стало жизненно необходимо с началом СВО, когда в край стали поступать пациенты с огнестрельными и минно-взрывными травмами.
Врачи рассказывают: во многих случаях от правильно подобранного лечения зависит, удастся ли вообще сохранить конечность. Задача — избежать ампутации любой ценой.
О том, как работает отделение, с какими травмами сюда поступают и как врачам удается спасти руки и ноги пациентов, — в материале amic.ru.
Раньше лечили "кто как"
Отделение гнойной хирургии прежде всего создали для лечения постоперационных осложнений. Как пояснил Александр Берестенников, избежать их полностью практически невозможно, как бы ни старались врачи. Если к ране присоединяется инфекция, реабилитация превращается в муку, а в запущенных случаях и вовсе грозит ампутация.
Раньше этими пациентами занимались в обычных хирургических отделениях по всему краю. Получалось с переменным успехом, отметил опытный хирург Берестенников.
«Это очень тяжелые в лечении пациенты. Раньше ими занимались кто как. Куда человек попал — там его и лечат, как знают. С появлением нашего отделения все они сконцентрированы в одном месте», — пояснил главный врач.Фото: amic.ru
Вопрос открытия отделения обсуждали давно. Решение создать его на базе БСМП № 2 появилось, когда стало очевидно: проблема становится все более острой.
«Процент осложнений небольшой и практически всегда одинаковый. Но количество операций на костной системе с каждым годом только растет. Население у нас стареет, суставы изнашиваются. Сегодня их активно заменяют, чего раньше не делалось. Только наш федеральный центр травматологии ежегодно проводит больше 11 тысяч операций — в их числе установка тазобедренных и коленных протезов. А это всегда риск осложнения, в том числе и инфекционного», — рассказал Берестенников.Травмы и ранения, которые военнослужащие получают на СВО, также нередко сопровождаются гнойными осложнениями. В новом отделении занимаются и ими. Еще одна очень сложная группа пациентов — люди с хроническим остеомиелитом.
Главный врач добавил, что в западной части России специализированные отделения гнойной хирургии — не редкость. А вот за Уралом их практически нет — это стало одним из первых.
За год здесь пролечили 522 пациента, 114 из них — участники СВО. Врачи отделения провели более 560 операций, многие были очень сложными.
Фото: amic.ru
Сложное лечение и трудные прогнозы
В отделении работает три врача, все — молодые. Заведующему Ярославу Батраку — всего 33. Но пациенты называют и его, и его подчиненных настоящими профессионалами, которые в прямом смысле спасают жизни. Медики прошли подготовку в национальном центре им. Илизарова в Кургане.
По словам Батрака, пациенты с инфекционными осложнениями — это невероятно трудные случаи, которые требуют высокого мастерства от врачей.
«Методы начинаются с консервативных: перевязки, обработки, антибактериальная терапия. Заканчиваются оперативными: некроэктомии, удаление погружных фиксаторов, лечение септических несращений за счет погружных конструкций», — поясняет завотделением. Травматолог подчеркивает: когда пациент только попадает в отделение, чаще всего трудно вообще дать какие-то прогнозы, а вероятность ампутации исключить нельзя. Но медики берутся за работу и делают все возможное для спасения конечности. Важно и остановить инфекцию, и сделать все верно с точки зрения травматологии.
«Когда человек длительно болеет, нарушается очень много параметров, общее самочувствие сильно страдает. Но и психологическое состояние оставляет желать лучшего: это постоянные боли, перевязки, препараты, ограничение активности. Все это сказывается на человеке. Мы понимаем, что до попадания к нам наши пациенты уже настрадались, поэтому стараемся сделать для них все возможное. Главный принцип — не навредить», — делится Батрак.
Подход к лечению индивидуальный, а порой врачам приходится прибегать к очень сложным методикам. Например, металлические импланты покрывают костным цементом, пропитанным антибиотиком. Установленная конструкция изнутри воздействует на инфекцию.
Завотделением Ярослав Батрак / Фото: amic.ru
Участники СВО поступают практически ежедневно, отметил завотделением: травмы, полученные в боевых условиях, почти всегда сопровождаются инфекционными осложнениями.
«Все минно-взрывные и огнестрельные травмы сопряжены с риском: загрязненные осколки и различные снаряды оставляют глубокую инфекцию с некрозом мягких и костных тканей. Это может проявиться сегодня, может — завтра, а может, болезнь спрогрессирует лишь через несколько месяцев. Это очень тяжелые пациенты, которые на протяжении длительного срока будут периодически лечиться в нашем стационаре», — пояснил специалист. Также врачи отделения ежедневно консультируют медиков военного госпиталя в Алейске, а иногда и сами выезжают туда для очного осмотра больных.
Осколки, которые достают хирурги / Фото: amic.ru
"Ступня болталась на коже"
В одной из палат лежит 20-летний Анатолий. В прошлом году с совсем молодым парнем, который работал в Заринске сортировщиком на производстве, произошла трагедия: ногу зажало в сцепке между двумя вагонами. По словам его лечащего врача Андрея Агантаева, травма была очень страшной: ступня практически "болталась на коже". Уже на этом этапе самым вероятным исходом была ампутация.
Но заринские травматологи смогли спасти ногу, а чуть позже сделали пересадку кожи. Образовавшийся свищ долго не заживал, поэтому долечивать молодого человека отправили в Барнаул. В отделении он не в первый раз, но, скорее всего, в последний: парень уже передвигается без костылей.
«Бегать я уже не смогу. Но назад на работу меня ждут. Уже подал документы на инвалидность. Думаю, если бы я сюда не попал, было бы очень плохо», — делится Анатолий. Фото: amic.ru
Интересно, что Андрей Агантаев лечил парня еще в Заринске: там молодой специалист работал по целевому договору и проводил Анатолию пластику кожи. А теперь медик перевелся в новое отделение и занимается молодым человеком здесь.
«Последнее, что мы ему делали, — реконструкцию, чтобы ногу сделать опороспособной, чтобы он смог на нее наступать. Конечно, он будет хромать, скорее всего. Но самое главное, что мы спасли стопу, что он сможет самостоятельно ходить», — говорит врач.
На соседней койке — пожилой мужчина из Горняка. Он сломал ногу еще в августе 2024 года. Пенсионеру поставили аппарат Илизарова и сказали, что "заживет". Но в течение всего следующего года он мучился — перелом никак не срастался.
Так что в августе 2025-го мужчину направили в БСМП № 2. В отделение гнойной хирургии он ложился три раза, а теперь идет на поправку.
«Прогнозы хорошие. Тут была операция, снова ставили аппарат, недавно сняли. Вот, расхаживаю ногу. Если бы не попал сюда, уже, наверное, и не ходил бы вовсе. Очень благодарен и врачам, и медсестрам», — делится пациент. Фото: amic.ru
По словам Ярослава Батрака, бывают и пациенты, которые поступают уже с угрозой смерти.
«Один из недавних случаев — тяжелая посттравматическая флегмона у женщины. Сначала бедро, а потом и голень. Она проходила длительное лечение в других клиниках. А к нам приехала уже в септическом состоянии, с выраженной анемией, с гемоглобином 70 г/л. Состояние было очень тяжелым, сразу стоял вопрос об ампутации», — вспоминает специалист. В БСМП № 2 с пациенткой работали комплексно: хирургические обработки, антибактериальная терапия, правильная активизация и ЛФК. В итоге ее вылечили, а ногу спасли. Сейчас женщина ходит самостоятельно.
Андрей Агантаев и Ярослав Батрак / Фото: amic.ru
Что дальше?
По словам Александра Берестенникова, первый год работы отделения уже показал, что создать его было абсолютно правильным решением. В планах — и дальше отправлять сотрудников на стажировки в крупные центры, чтобы они набирались опыта. Например, здесь начинают лечить гнойные заболевания позвоночника. Раньше за таких пациентов не брались нигде, кроме федерального центра травматологии и ортопедии. Коварность болезни в том, что выявляют ее слишком поздно, подчеркнул главврач.
«Потому что симптоматика — это боли в грудной клетке. Сами себя спросите, как часто у нас болит спина и что мы с этим делаем? Отлеживаемся: пройдет или не пройдет. Эти люди сначала идут к терапевту, потом — к неврологу. Пока их обследуют и сделают МРТ, проходит слишком много времени. Мы видим уже пациента с гнойным воспалением, с расплавлением позвонков», — пояснил Берестенников. Еще одна проблема, которую намерены решать, — маршрутизация пациентов, в первую очередь — участников СВО. Проблема в том, что в отделение они попадают слишком поздно. С момента первой операции, которую делают еще в зоне СВО, до госпитализации в отделение проходит больше полугода. Упускается драгоценное время, когда конечность можно спасти.
Завотделением Ярослав Батрак убежден, что уже в 2026-м врачи пролечат как минимум на сотню пациентов больше, чем в 2025-м.
НОВОСТИОбщество