У меня под ногами - месиво из грязи, ржавых осколков, разбитого кирпича и гильз.Вместе с волонтерами гуманитарных организаций Донецкой Народной Республики в марте 2015-го я приехал в поселок Никишино. Буквально неделю назад здесь не стихали бои за населенный пункт. Сразу после освобождения села неравнодушные люди потоком хлынули сюда, чтоб помочь местным жителям, которые пережили ад.Подошву ботинка пробил острый осколок, правую ногу пронзила боль. Повезло, что подошва задержала осколок, я вытащил из ботинка буро-оранжевый кусок смертоносного металла. Вся дорога была покрыта такими же "малышами". Металлический ковер. Слева от себя заметил молодую семью. Они убирали осколки, битое стекло и небольшие части разрушенного дома. Своим родителям с маленьким веничком в руках помогала крошка лет 8-ми. Они не сразу обратили внимание на гуманитарный конвой, который привез им лекарства, продукты питания и одежду. Чуть дальше стоял грузовик. В кузове сидела девушка и раздавала пожилым людям гуманитарную помощь. Мне было неловко их фотографировать. Внутри было странное ощущение стыда. Я сочувствовал этим людям, так как думал, что понимаю, что им пришлось пережить. Истории, которые после рассказали старики, достойны того, чтобы их услышали.После недолгой беседы с одной из старушек в очереди меня окликнула женщина. Она увидела у меня в руках камеру и предложила мне сделать несколько снимков. Женщина, с выплаканными глазами, привела меня к дому. Точнее - к руинам, пепелищу, что когда-то было домом для большой и дружной семьи. И,вот, предо мною - груда обгорелого кирпича вперемешку с грязью и обгоревшими останками былой жизни."Снимай, снимай",- с отчаяньем и безысходностью повторяла женщина у меня за спиной. Их жизни были разрушены. Единственное, что давало им надежду- голоса журналистов. Они хотели, чтоб мир услышал об их трагедии.Недалеко от этого места стояли две женщины и мужчина. Они о чем-то разговаривали. Я подошел и предложил им рассказать свои истории. Без опасений и испуга они поведали мне, в каких условиях провели последние 8 месяцев. В поселке людей осталось не так много. Большинство успели уехать. Кто решил остаться на своей земле, были вынуждены пережить ад. Из всего изобилия трагических историй наиболее впечатлительной для меня стала история одних похорон. Шли ожесточенные бои. Женщину убило осколком в собственном дворе. Соседи сначала отнесли тело в гараж и посадили в кресло. Когда тело начало разлагаться, соседские парни под свист пуль и шквальный огонь артиллерии вырыли небольшую яму в огороде и рядом с деревом похоронили женщину. На тот момент, когда я был в Никишино, кладбище не было проверено саперами. Возможности перезахоронить тело не было. Хозяйка дома так и осталась лежать в собственном дворе, где смерть настигла её. На меня нахлынули прошлогодние воспоминания, потому что практически тоже самое происходит сейчас в Зайцево. Небольшой поселок на окраине Горловки - одна из самых горячих точек в Донбассе. Единственное отличие от прошлогодних боев - интенсивность. Медленно, но уверенно, украинская армия стирает с лица земли населенный пункт. Танки, минометы, артиллерия. Всё то, что запрещено Минскими соглашениями, пусть и не в больших количествах, но применяется. С каждым днем бои в Зайцево напоминают зимнее обострение конфликта 2015-го. Несмотря на всю тяжелую ситуацию, там продолжают жить мирные жители. Они до последнего стоят на своей земле и многим приходится в этой земле оставаться, потому что они не видят другого выхода кроме как биться до конца и не отдать и пяди своей земли врагу.
