Василич ушёл. Не стало легендарного массажиста советского спорта

Для каждого, кто хоть чуть-чуть знаком с советским и российским баскетболом, Беляков известен не меньше, чем Арвидас Сабонис или Андрей Кириленко. Он был одним из стержней, на которых строилась не одна и не две сборные.

Первый раз в составе советской национальной команды он отправился на Олимпиаду почти полвека назад, ещё в 1968 году. Потом долгое время работал под руководством Александра Яковлевича Гомельского и стал одним из главных творцов чуда, благодаря которому центровой Сабонис смог принять участие в победных Играх-88.

Не менее продуктивно работал он и в российской национальной команде.

— Я знаю Василича не один десяток лет, — рассказал Лайфу олимпийский чемпион Сергей Тараканов. — Когда я сам был игроком сборной, он являлся для баскетболистов настоящим психотерапевтом. Понятно, что нагрузки в сборной Гомельского практиковались сумасшедшие, выдержать их было непросто. И поэтому роль Белякова в той олимпийской чемпионской команде была просто незаменимой: он всегда мог снять физическое и ментальное напряжение, подобрать нужные слова, поднять настроение.

Собственно, его всегда, сколько я его помню, называли Василичем. Уважительно, как он того заслуживал. Это был профессионал высочайшей пробы — и одновременно человек выдающихся душевных качеств. Для того, чтобы "пробивать мышцы" у здоровенных мужиков, требуется отличная физподготовка. И Василич всегда пребывал в хорошей форме. Всегда бодрый, энергичный, в одном и том же весе.

Когда я стал генеральным менеджером баскетбольной сборной России — ни секунды не сомневался и взял его в штаб вместе с другим легендарным массажистом, Аскером Барчо. И в российской сборной он был такой же важной частью, как в советской.

Честно сказать, даже не подозревал сейчас, что у него какие-то проблемы со здоровьем. Понятно, возраст... Для меня случившееся — большая неожиданность. Регулярно виделись на баскетболе, он всегда был бодрым и жизнерадостным, ни на что не жаловался. На таких героях, внешне скромных и незаметных, стоит наш спорт.

Меня, журналиста, в разные годы много налетавшего вместе с баскетбольной сборной, вряд ли можно назвать с Василичем близкими друзьями. Скорее, добрыми товарищами, изрядное время проработавшими бок о бок. Но энергетику, от него исходившую, я прочувствовал в полной мере.

В любом возрасте и в любой команде Василич всегда был источником профессионального спокойствия. Когда надо, мог снять общее напряжение шуткой; когда требовалось — давал точечный, как лазерный прицел, совет тренеру.

Баскетболисты из числа "молодых" в аэропорту наперебой пытались перехватить у него тяжеленные баулы с оборудованием. Василич их беззлобно отгонял: он всегда находился в превосходной физической форме, по части которой мог дать фору некоторым из подопечных.

Спи спокойно, золотой человек.