Клименко на РСН: Властям Москвы наплевать на бизнес

С. КОРОЛЁВ: В студии председатель правления Института развития интернета, советник президента Российской Федерации Герман Клименко. Герман, добрый вечер. Г. КЛИМЕНКО: Как будто бы не было жадных упырей и валютной ипотеки. С. КОРОЛЁВ: Заметьте, не я об этом сказал. Г. КЛИМЕНКО: А я же всё-таки пришёл поговорить об этом. В конце концов, сколько можно меня подставлять, скажите, пожалуйста? С. КОРОЛЁВ: Никогда и ни за что. Но про упырей – с этим надо разобраться. Самое главное, я хорошо помню этот эфир – мы говорили про правообладателей. Я предположил, что большая часть на Rutracker – это голливудские фильмы. Я их всех представил себе, подумал, что какие-то кинокомпании, представители Голливуда. Г. КЛИМЕНКО: Действительно есть большая проблема в контакте. Никогда не могу договориться ни с нашими правообладателями, никогда не могу договориться с западными правообладателями. Я сейчас не оправдываюсь за то, что я говорил, но зарубежные менеджеры всегда очень жёстко держали цены и условия – никогда не шли навстречу. «ВКонтакте» конечно, был ещё тот партнёр на переговорах, но они шли навстречу. И основной диалог шёл. Но у меня другая история. Выходишь на улицу, и говоришь: вокруг нас плохие люди. И вдруг люди начинают выскакивать и говорить: а я не плохой. И та же история, когда мне говорят: Герман, тебе Эрнст написал открытое письмо. С. КОРОЛЁВ: Шахназаров ещё, Сергей Сельянов. Г. КЛИМЕНКО: Не знаю. С. КОРОЛЁВ: Президент кинокомпании СТВ. Президент Гильдии продюсеров России Ренат Дабитьяров. И вообще говоря, десять человек подписали. Очень проникновенно написали. Г. КЛИМЕНКО: Можно я сейчас отвечу? Я, во-первых, даже не читал, что они написали. Ещё раз: вокруг меня плохие люди. И тут вы выходите: я не плохой. А людей никто не имел в виду. Если правообладатели хотят, чтобы население стало легальным и честным, нужно снизить цены. Но они этого не делают, потому что они жадные упыри. Я кстати, совершенно от своих слов не отказываюсь. Мне говорят: «Герман, Вы будете извиняться?» Я, во-первых, даже читать не буду, потому что мне кажется, что у людей, которые это писали, внутри действительно идут жаркие споры. Это как шарик проткнул, и он лопнул. Я действительно что-то сказал, и оно упало на ту почву, и имеет место быть. Действительно, полная аналогия между авторскими правами и ресторанами. Возможно, именно эти люди пробивали закон о вечной блокировке доменов. Там ведь было очень чётко написано, о чём идёт речь. Но если они восприняли это на свой счёт… Я с большим уважением отношусь к Первому каналу, у меня есть кабельное телевидение, я за всё плачу. Я даже не ожидал, что всё пойдёт куда-то туда. С другой стороны, интересно именно то, как люди реагируют. Значит, внутри что-то идёт. У них, по-видимому, совесть не чиста. С. КОРОЛЁВ: Я это письмо прочитал, и оно мне напомнило донос. «Особенно странным нам представляется то, что Ваши тезисы находятся в прямом противоречии с позицией президента РФ, советником которого Вы являетесь, его Администрации и профильных ведомств. Г. КЛИМЕНКО: В последнее время мне кажется, правда, по другим позициям, что у нас в стране есть много-много проблем экономических, много-много ещё каких-то, но когда рассказывают про 37-й год, нам Сталин не нужен. Мы сами всё сделаем, сами упакуем, сами донесём. Взрослые люди, но они решают какие-то свои вопросы. Возможно, у них идут серьёзные переговорные процессы, возможно, что-то ещё. Более того, я прекрасно понимаю, что у всех нет денег. С. КОРОЛЁВ: У Эрнста нет денег? Г. КЛИМЕНКО: Я условно. Есть такое понятие, когда принцесса потеряла жемчужину и плачет. И девочка из детского дома потеряла первую конфету в своей жизни. Накал страстей у них конечно одинаковый. Но если честно, принцессу не жалко. Да, я понимаю, что у каналов сейчас проблемы большие, рекламные доходы упали. Procter&Gamble стали платить меньше, рекламодатели сдохли. Может быть, надо было правообладателям, если уж они так это восприняли, 15–20 лет пропагандировать, что бизнес – это хорошо. Например, можно было пропагандировать, что налоговую систему надо как-то менять. Надо иногда отходить в сторону и смотреть на себя. С. КОРОЛЁВ: Герман, в сухом остатке: письмо не читали и не будете. Г. КЛИМЕНКО: Я в принципе понимаю, что там. С. КОРОЛЁВ: Уже прожужжали все уши? Г. КЛИМЕНКО: Да. Я заголовками всё читаю, и в заголовке уже всё понятно. С. КОРОЛЁВ: Второе: извиняться не будете. Г. КЛИМЕНКО: Нет. С. КОРОЛЁВ: Позицию свою не поменяете – по поводу Rutracker, правообладателей и «жадных упырей». Г. КЛИМЕНКО: Моя позиция очень проста: во-первых, безусловно, все должны платить. То, что непрофессионально подошли к блокировке Rutracker. Имея возможности лоббирования в Государственной Думе закона по борьбе с авторскими правами, они пошли дальше. Они обучили кучу населения работу с ВПР, а сейчас хотят разделегировать домен. Это будет ещё смешнее. Разделегируют домен на rutracker.org, например, гипотетически. Моя позиция: правообладателям надо платить, бороться надо нормально, и третье – самое главное: когда в кризисе плохо, нужно всегда солидаризироваться с обществом. Если можно снизить цены, надо их снижать. С. КОРОЛЁВ: Слушатели пишут: «Либералы любят передёргивать слова Клименко. Достали уже». Вопрос от слушателя: «Ну что, Герман, когда наш бедный народ станет ещё более бедным из-за Вашей инициативы по увеличению пошлины за копеечные посылки из Китая? До конца планируете добивать народ, по хардкору?» Г. КЛИМЕНКО: Хороший вопрос, а я нашёл хороший ответ на него. А Вы хотите, чтобы не было бедных, или чтобы не было богатых? Если Вы хотите, чтобы не было богатых, давайте добиваться друг у друга более дешёвых услуг. Но в результате у нас не будет прибыли, и мы будем протягивать ножки. Давайте друг с другом о себе заботиться и о бизнесе. Вам они не нравятся – бизнесмены, упыри, но вы работаете у какого-то упыря, который платит вам заработную плату. Когда Вы с Китая будете возить всё очень дёшево, вдруг случайно выяснится, что нам не на что будет покупать эти дешёвые товары. Ещё раз определитесь, Вы против того, чтобы не было бедных или против того, чтобы не было богатых? Я бы предложил выбрать не то, что мы выбрали в 17-м году. С. КОРОЛЁВ: То есть, чтобы не было бедных. Г. КЛИМЕНКО: Да, надо бороться с бедностью. А бороться с бедностью, скажу парадоксальную вещь, можно только повышением цен. С. КОРОЛЁВ: Мы ведь много раз устраивали это голосование. Какие были результаты? Г. КЛИМЕНКО: Моя позиция не очень модна. Давайте ещё раз попробуем. С. КОРОЛЁВ: Следующая тема – валютные ипотетчики. Сегодня перекрыли Неглинную несколько сотен человек. Такое ощущение, что этот конфликт идёт по нарастающей, эскалация. Сегодня было 8 человек, задержанных ОМОНом. Одной женщине стало плохо, увезли на скорой помощи. И видимо, акции будут продолжаться. Решения пока нет. Пока только один банк, если я не ошибаюсь, «Абсолют», согласился снизить до 65. Все остальные молчат. Г. КЛИМЕНКО: Давайте пройдёмся параллельно по этому пути. Первый путь – это американский путь. У них были такие же истории, хотя у них и не было валютных историй, потому что доллар и есть доллар. Но, тем не менее, проблема невозврата ипотеки была, и они приняли закон, по которому: ключи отдал – не должен. Это первый путь, который может принять Дума. Он экономически не хорош с точки зрения позиции банков, потому что на балансы банков упадёт огромный пласт недвижимости. С. КОРОЛЁВ: Отобрать что ли? Г. КЛИМЕНКО: Просто принёс ключи и всё. Ведь основная проблема валютных ипотечников сейчас в том, что сумма долга выше стоимости квартиры. Потому что у нас с ростом курса упала цена на недвижимость. В Америке приняли решение: отдал ключи – ничего не должен. С. КОРОЛЁВ: Может быть, ты уже полквартиры выплатил. Г. КЛИМЕНКО: Там долг гораздо больше. Если человек хочет просто уйти, он приносит ключи, и банку остаётся квартира, но человек выходит из суммы долгов. Несколько банков по этому пути пошло. С. КОРОЛЁВ: В России? Г. КЛИМЕНКО: Да. Не для всех – но для некоторых. Они берут на свой баланс квартиру, и сдают её в аренду за недорого человеку. С. КОРОЛЁВ: Тому же самому? Г. КЛИМЕНКО: Да, тому же самому, предполагая, что в будущем человек уложится в ситуацию, всё устаканится. Вторая позиция – это переложить вину на банки. Тогда все банки. Которые давали валютную ипотеку, будут наказаны. Все их обвиняют в том, что они, вместо того, чтобы давать в рублях, давали в валюте. Это самая простая и понятная модель: дать людям право отказаться от долгов. Что сейчас произошло. Была первая волна реструктуризации, когда достаточно большая часть людей, думая, что курс не вырастет, как-то оптимизировали долг – по процентным ставкам, по платежам. Но при курсе 70 пришли реструктуризироваться по второму разу. Поэтому некоторая логика есть – отдал ключи, ничего не должен. Вторая часть: вспомним, сколько денег на банки потратило Агентство по страхованию вкладов. Например, сегодня отозвали лицензию у «Интеркоммерц». «Интеркоммерц» за год набрал 265 миллиардов рублей. За это мы заплатим. Очень важно понимать, что за все разорения банков платим мы с вами. С. КОРОЛЁВ: Это бюджетные деньги? Мне казалось, что какая-то страховка перечисляется. Г. КЛИМЕНКО: Это не бюджетные деньги, но за счёт того, что нам недоплачивают проценты. Всегда и за всё платим мы сами. Все суммы АСВ, которые заплачены, а это миллиардов 400, заплачены из того, что платим. Я подозреваю, что сумма регулирования отношений с ипотечниками намного меньше. Потому что им же не нужно прощать, им нужно просто стоимость скомпенсировать, либо уменьшить ставку, либо сумму долга. Либо пересчитать рубли по курсу 40, 50 – неважно. Когда банки жалуются на жизнь, всегда возникает дурацкий вопрос: а чем занимается Центральный банк, который целый год наблюдал за «Интеркоммерцем»? Вместо 20 миллиардов он насобирал у частных лиц 65 миллиардов рублей, которые сейчас вернёт Агентство по страхованию вкладов, которые мы же и скинули. Деньги из воздуха не берутся. Они не напрямую идут из бюджетов, но мы приходим, кладём деньги на депозит, и нам не доплачивают проценты. Это же наши доходы. И третий путь, которым сейчас занимается наше государство. Направо пошёл – руку потерял, налево пошёл – ногу потерял, прямо пошёл – конь сдох. Но самый плохой путь – это стоять на месте. И наше государство сейчас занимает такую позицию. Никто не может принять решения. Все боятся брать на себя ответственность. Хотя любой путь выбора – это всё-таки путь. А стояние на месте загоняет людей в ещё большую долговую яму, делает вопрос ещё более не разрешимым, а банковская система тоже по большому счёту трещит. Надо лучше очиститься, чем это долгое падение и долгий ужас. Пусть лучше кто-то разорится, но сразу. Поэтому, на мой взгляд, решение для валютных ипотечников существует, не существует чёткого желания Центрального банка принять решение.ирования того, что нам недоплачивают проценты, ен. было богатых? С. КОРОЛЁВ: ЦБ должен это сделать? Г. КЛИМЕНКО: Желательно, вместе с запретом валютной ипотеки. С. КОРОЛЁВ: Результат голосования Вас порадует, потому что Ваша позиция побеждает – 51%. Г. КЛИМЕНКО: Мне кажется, что если бы мы проводили сейчас голосование по поводу похорон Ленина, то выяснилась бы примерно такая же картина. С. КОРОЛЁВ: Нет, там был бы другой результат. Я – за то, чтобы не было бедных в стране. Давайте проведём голосование: «Вы – за то, чтобы похоронить Ленина или нет, пусть остаётся в Мавзолее». Слушатель пишет: «Помню рекламу «Интеркоммерц» в метро: «Досрочно вклад забрал, проценты не потерял. Какие же все наивные были». «Пусть будут богатые, но зачем нам в России долларовые миллиардеры? Сколько их уже – 200, 20, 300 человек? Какая от них польза? По-моему, только один вред». Г. КЛИМЕНКО: Сложное утверждение. Ненависть к богатым – это последствия нашего странного социалистического воспитания, стремления к крайности. Люди всегда должны иметь шанс на право заработать. Кто-то выиграл 300 миллионов долларов по лотерее, кто-то выиграл у нас. Кто-то работал и заработал. Более того, мы сейчас должны признать честно, что проблема первичной приватизации сейчас несёт проблемы нам же. Я разговаривал со многими в бизнесе, и вдруг сейчас выясняется, что там есть жадные упыри. Все хорошие, у него много друзей, сам он работает в компании, где хороший владелец, у него масса друзей, которые сделали свой маленький бизнес – у кого-то две коммерческие палатки, у кого-то есть магазинчик. Всё получается примерно как с медициной: вся медицина в России плохая, но у каждого есть свой хороший врач. Логика не сходится. Если у каждого из 147 миллионов населения есть хороший врач, а вся медицина плохая, то что-то не так. Это как-то связано с воспитанием. Я смотрю на своих детей – Юрке 22, дочке 20, и у них вроде нет этого. Но в среде 35–45 присутствует такая уверенность, что всё плохо. Почему всё плохо? Вроде всё достаточно неплохо. С. КОРОЛЁВ: Я останавливаю голосование – 43% похоронить, 57% – не трогать, оставить всё как есть. Г. КЛИМЕНКО: Всё равно где-то рядом. Оставить и не трогать – это как раз стремление, чтобы не было богатых. А что Вы будете делать, если не будет богатых? Мы все будем бедными? Это единственный путь. С. КОРОЛЁВ: Каждому по потребности, от каждого по способности. Г. КЛИМЕНКО: Нет, там возникнут следующие проблемы. Сперва мы соберёмся всем кагалом и скажем, что нам не нужны миллиардеры. Расстреляли, выслали – всё, что угодно. Потом мы скажем, что нам не нужны миллионеры. И так мы дойдём до мышей. Есть такой термин. Поэтому надо стремиться зарабатывать. Это же хорошая история. Хотя я понимаю, что это раздражает. С. КОРОЛЁВ: Ещё одна тема – это самострой в Москве. Г. КЛИМЕНКО: Это удивительная тема, совсем моя душевная. С. КОРОЛЁВ: Мы пообщались с представителями разных этих объектов. Причём даже в центре города есть, например, пирамида рядом с метро «Пушкинская». Или торговые ряды у «Кропоткинской». Всего 104 объекта в Москве собираются снести. Они называют предстоящую ночь Варфоломеевой. «Правительство устраивает сегодня бизнесу Варфоломеевскую ночь», – сказал нам Алексей Воронин, директор ЗАО «Альбатрос». Г. КЛИМЕНКО: С точки зрения Москвы я всё понимаю. Когда-то 20 лет назад люди получили разрешение, свидетельство о собственности, что-то ещё. И что-то делали – вложили деньги, возможно, хитрили, но это неважно. Но Москва такой богатый город. Понятно, что есть свои проблемы, и никогда не бывает денег на всё. И у миллиардеров тоже. С. КОРОЛЁВ: А время удачное – чтобы брать и сносить. Г. КЛИМЕНКО: Вообще не удачное. Более того, отвратительное время, потому что бизнес испытывает достаточно большие проблемы. Понятно, что когда считали, наверное, все цифры позавышали, но тем не менее. Основная тема сноса не в том, что они незаконны, а в том, что у людей есть свидетельство о собственности на помещения, свидетельства аренды на землю, выигранные суды. И вдруг приезжает трактор, и всё сносит. Причём это ведь очень просто – договорись о компенсации, купи. Да, цены возможно упали. Но всегда существует договорённость. В конце концов, есть же у города деньги. И город должен платить за ошибки. У нас никогда не будет понятия частной собственности, потому что частная собственность – это должна быть неприкосновенная вещь. Либо, когда государство хочет, она должна выкупаться. И самое главное, она должна выкупать так, чтобы люди радовались. Мне кажется, что такие истории плохи тем, что они показывают, что государству, в данном случае в лице Москвы, наплевать на бизнес. Это очень грустно. Причём я согласен, что там есть люди, которые подстроились. Всегда был бизнес, когда в хрущёвках дёшево скупали квартиры, выбивали себе трёшки. Но в основе каждой такой истории лежит нарушение закона и мне кажется, что город должен расплатиться за свои ошибки. С. КОРОЛЁВ: Сообщение от слушателя: «Кто будет туалеты убирать, если все будут равны? Я абсолютно согласен, что не всё так уж плохо. Почему такой процент пессимистов?» Г. КЛИМЕНКО: Если мы боремся с богатыми, то люди всё равно останутся, как было при социализме – были подпольные цеховики, каталы, просто они были спрятаны. Если мы завтра будем бороться за богатых, естественно, что не все будут богатыми. Но кто-то будет начинать – дети, студенты. В Америке вообще традиция – работать в ресторанах официантами при любом уровне класса. Детей отправляют, чтобы они познали, что такое жизнь. С. КОРОЛЁВ: «Герман, Вы за то, чтобы отменить итоги залоговых аукционов 90-х годов?» Г. КЛИМЕНКО: Нет, конечно. Я за то, чтобы ничего не менять. Более того, я считаю, что ровно в тот день, когда мы перестанем сносить памятники, переименовывать улицы, мстить своему прошлому, когда мы будем его принимать, как французы принимают свою Бастилию, ровно тогда у нас станет всё хорошо. Мы должны примириться с тем, что нас не переделать. Надо просто жить сегодняшним днём и развиваться дальше. А отменять залоговые аукционы, мне кажется, бред сивой кобылы. С. КОРОЛЁВ: «Когда не будет богатых, не будет и бедных», – пишет слушатель. Ещё слушатель интересуется: «Герман, как скоро решится проблема с долларами?» Г. КЛИМЕНКО: Да она уже решилась. Очевидно, что нефть будет болтаться в районе этого диапазона. У Вас есть автор передачи Юрьев, и я с уважением к нему отношусь. По его прогнозам через месяц нефть начнёт расти. И я в целом ориентировался бы на его совет в этом плане. Он достаточно хороший экономист, и вроде не подвержен таким истерикам как Милов или ещё кто-то. У нас есть ряд экономистов, которые говорят, что всё пропало, это конец. С. КОРОЛЁВ: Самое главное, что Юрьев – практикующий бизнесмен, это нефтегазовый миллиардер, у него газовый бизнес в США. Г. КЛИМЕНКО: Тем не менее, мне кажется, что его прогнозы вполне верны. Может, не будет 60, будет 50, может, и расти медленнее начнёт. Но дело в том, что я пережил много-много разных кризисов, и у них происхождение всегда понятно. Сейчас идёт съедание чьих-то денег. Потом будет недостаток денег. И мне позиция Юрьева симпатична. Не потому, что курс будет укрепляться, я вообще не дёргаюсь по валютам, я живу в том режиме, в котором обычно живу. А с точки зрения мировой экономики – всёживу.х кризисов, ало, это конец.тво, в данном случае в лице Москвы, рно такая же картина. равно происходит потребление нефти. А мы в России долги отдаём, и я думаю, что всё потихонечку придёт в норму. Единственное, в таких прогнозах, никто никогда не может дать совет, когда придёт. Всё-таки – месяц, два, три – сложная история. С. КОРОЛЁВ: Если брать ушедшуя никто никогда не может дать советтю неделю, какое событие было самым главным для Вас? Через Вас же много новостей прошло. Есть номер один? Г. КЛИМЕНКО: Трудно сказать. Во-первых, конечно, история про упырей. Потому что я сейчас сам получился производителем новостей, поэтому мне самому же и прилетает. С. КОРОЛЁВ: Newsmaker, говоря по-английски. Г. КЛИМЕНКО: Да, я стал «ньюзмейкером» в хорошем смысле этого слова. Сам создал новость, потом она сама же бумерангом ко мне возвращается и пытается стукнуть меня по голове. А потом мне все звонят: «Гера, ну ты как?» На самом деле, неделя нормальная. Меня как бизнесмена задел снос самостроев. Причём здесь есть подмена понятий. Как есть слово «рейдерство», а на самом деле нет рейдерства, есть мошенничество.мэйкером»говоря по-английски.м получился производителем новостей, поэтому мне самому же и прилетает. С. КОРОЛЁВ: Но надо же их как-то назвать. Г. КЛИМЕНКО: Мошенники. С. КОРОЛЁВ: Но самострои – не мошенники. Г. КЛИМЕНКО: Я про рейдерство. А самострои – это никакие не самострои, там реальный бизнес с реальными историями. Люди покупали эти строения, у них были свидетельства о собственности, по метражу всё в порядке. Потом вдруг выясняется. И проблема нашего города и государства, что государство с удовольствием берёт налоги, с удовольствием добавляет штрафы к ним. Но когда возникает вопрос обратки – это же государство, какие свидетельства о собственности? Есть понятие «нотариат». Насколько я знаю, Федеральной нотариальной службой собрано полтора миллиарда рублей – ответственность нотариуса. Они готовы за каждого нотариуса ответить за его сделку. Правда, нужно ещё доказать, что нотариус ошибся, разные же слухи ходят про нотариусов. Тогда, пожалуйста, полтора миллиарда рублей – ответственность нотариуса. В этом плане, мне кажется, нашему государству надо стать неким образом нотариусом. А новость, которая стала лидером нашего рейтинга сегодня, я даже не могу объяснить почему – «Бабушка Агафья». Причём она буквально сегодняшняя, свежая. Там совсем чудесный производитель отечественной косметики даёт интервью о том, что она на самом деле не совсем отечественная. Когда его спрашивают: «Вы, наверное, процветаете?» Оказалось, что всё, что он производит, он завозит импортное и потом продаёт. И понятно, что он не на самых хороших экономических позициях, потому что цены выросли. Мне это очень напоминает, что когда мы были в клубе «Лидеров России», мы ездили в Нижний Новгород открывать завод по производству газовых баллонов из эпоксидной смолы. В мире есть проблема газовых баллонов, и их достаточно много, и вообще бизнес газовых баллонов большой. Приехали и смотрим: действительно завод, действительно построили норвежцы. И я спрашиваю: а откуда сырьё? И мне говорят: «А сырьё от нас». То есть с одной стороны, на нашей территории завод построили, но если он питается сырьевыми запасами оттуда, то не очень понятно, где же тогда вообще импортозамещение. Какой смысл в покупке роботизированной техники, если всё сырьё закупается из-за рубежа? Так и здесь. Вот они, валютные риски. Больше всего, как я понимаю, всем понравилась история: «Косметика «Бабушка Агафья», и все тут же кликать пошли. Сети просто взорвались. Была очень удачная фоточка. Причём вид у директора, как из 90-х годов. У всех в голове, видимо, сложился образ и все тут же накликали, и новость действительно стала первой по популярности. С. КОРОЛЁВ: Ты помнишь про эти скандалы с Борецкими-Венедиктовыми? Г. КЛИМЕНКО: Сейчас что-то свежее? С. КОРОЛЁВ: Нет, это было тогда, когда он посыпал его долларами. Г. КЛИМЕНКО: Это старая история. С. КОРОЛЁВ: Борецкий вышел к нам в эфир, и мы ему предложили дать три минуты по воскресеньям – рубрика «импортозащемление». Он на этой неделе обещал своим телом перекрыть въезд фур из порта Петербурга, которые везут польские яблоки и ещё что-то турецкое. Г. КЛИМЕНКО: Ничего не могу сказать. С. КОРОЛЁВ: Просто этот бизнесмен внешне его напомнил. Г. КЛИМЕНКО: НА самом деле это про классический бизнес, который жил у нас. У меня знакомые ребята занимаются пошивом свитеров, и они завозили шерсть из Турции. Вдумайтесь в концепцию: завозить шерсть из Турции. С. КОРОЛЁВ: Они нашли альтернативу у нас? Г. КЛИМЕНКО: Очень плохая альтернатива. Проблема в том, что с одной стороны, у нас вроде бы и шерсть есть, и фабрики есть. Но беда заключается в том, что качество страдает. И на немецких станках, на которых всё должно вязаться, постоянно вылетает иголочка или что-то ещё. Они, правда, говорят, что подорожала таможня, стали опять брать взятки на таможне в связи с кризисом. Это РБК. Вторая новость тоже любопытная. У нас сейчас идёт сезон гриппа. Когда я говорю, что история любопытная, мне больше всего нравится, как меняется концепция. Сначала выясняется, что завтрак съешь сам, обедом поделись с другом, ужин отдай врагу. Сейчас появляется новая концепция: завтракать надо очень аккуратно, а вот ужинать хорошо. С. КОРОЛЁВ: Первый раз слышу. Г. КЛИМЕНКО: Есть такое. С. КОРОЛЁВ: Наелся – и спать. Г. КЛИМЕНКО: В 7 хорошо поесть, а в 11 лечь спать. С. КОРОЛЁВ: Это другое дело. Г. КЛИМЕНКО: Но всё равно, хорошо поесть. С. КОРОЛЁВ: Появилась новость: «Клименко не будет извиняться перед правообладателями за «жадных упырей». Г. КЛИМЕНКО: Любопытно просто: они опять напишут открытое письмо? С. КОРОЛЁВ: А какие ещё есть формы? Г. КЛИМЕНКО: Я даже не знаю. С. КОРОЛЁВ: Подписи собрать. Г. КЛИМЕНКО: Всё-таки позиция авторов всегда сложная, так как они хотят с людей денег. Вообще отвлекусь на секундочку, авторские права – это очень интересная история. Вообще демократия – это когда большинство чего-то добивается. Например, все курили в ресторанах, и некое меньшинство добилось гонения на курящих. Я не сказал, что это плохо, но гонения на курящих бесконечны. Здесь та же самая история: большинство качает с торрентов и вдруг организовывается такая история, когда меньшинство побеждает. Есть даже целая теория, как меньшинству победить большинство. Это не совсем демократическая история, потому что в этом меньшинстве надо найти несчастных депутатов, задолбать их критикой, и они пойдут вам навстречу, чтобы не приставали. И тем не менее, любопытно, что ответят. Пока ничего. С. КОРОЛЁВ: Можно даже ставки собирать. Г. КЛИМЕНКО: Хорошая тема. С. КОРОЛЁВ: Возвращаемся. На самом деле эффективных лекарств от вирусных инфекций нет. Г. КЛИМЕНКО: Доктор Комаровский написал в Facebook, потрясающе популярный пост, безумное количество тысяч расшариваний. Он очень долго всё объясняет, но вкратце это сводится к следующему: во-первых, если уж нет прививок, то проветривайте почаще, руки мойте почаще. Это напоминает старый анекдот, что когда профессор читает лекцию, студент засыпает, и профессор говорить: чтобы не забеременеть, нужно пить чай. А потом после лекции помните, да? После того или до того? Вместо того. Так же и здесь. Чтобы не заболеть, есть простые правила гигиены: мыть руки, проветривать помещение почаще, гулять. А если уж пришло, то есть единственное средство, которое для данного гриппа помогает – «Тамефлю», которого нет в продаже, как я понимаю. Но в целом новость по популярности высоко, потому что это всех беспокоит. Я прихожу к товарищу в больницу, и там карантин. Повязок нет, но дело не в этом. Я об этом написал пост. Я заехал в пять аптек. Я не знаю про импортозамещение, но уж повязки могли бы быть. Причём как в Японии вообще продаваться в аппаратах. Это должно быть бесконечной постоянной услугой. Но я хочу сказать про другое – про реакцию людей. Я пришёл, и мне говорят: повязки всё равно не помогают. С. КОРОЛЁВ: Если ты заболеваешь, то надеваешь повязку, чтобы другие не заболели. Г. КЛИМЕНКО: Неважно. На самом деле, я про другое. Если ты приходишь в заведение, где написано, что входить в повязках, то какая мне разница, помогает она или не помогает. Охране какая разница? Хочу поругаться. У нас действительно страна советов. Эти старые анекдоты о том, почему что-то нельзя сделать на Красной площади, они абсолютно достоверны. Написал простой текст про то, что в аптеках нет повязок, и про то, что меня не пустили в больничку без марлевой повязки. Молодцы. Чтобы меня не пустить, это надо постараться. Я, конечно, корочками не размахивал, но я обычно достаточно уговороспособный без всяких историй. С. КОРОЛЁВ: То есть не пустили. Г. КЛИМЕНКО: Без повязки не пустили, пришлось на следующий день приезжать. У нас повязки оказались только в одной компании. Самые эффективные повязки продаются в двух местах – в строительных магазинах респираторы и в компании, которая торгует телефонами. С. КОРОЛЁВ: А телефоны тут при чём? Г. КЛИМЕНКО: Не знаю, салон связи – и там повязки. Но меня больше всего поразила черта человеческого характера. Вместо того чтобы воспринять, как есть: «А зачем? Это всё бессмысленно. Это всё равно не нужно». Но самое интересное, когда заходишь в больничку в Японии, там все люди нормально ходят в повязках. Им дали команду ходить в повязках – они ходят в повязках. И средний возраст у них близок к 100 годам. С. КОРОЛЁВ: «Герман Сергеевич, может налог на деятельность в ЖЖ введём для блогеров, раз пошла такая пьянка?» – спрашивает слушатель. Г. КЛИМЕНКО: Давайте ЖЖ умрёт сам. Давайте отпустим его. Налог надо делать на Facebook. С. КОРОЛЁВ: Ещё: налог на выступление по радио. Г. КЛИМЕНКО: Зачем это? С. КОРОЛЁВ: «Чтобы Ваш великолепный план по обогащению нищих россиян методами усиленных с них же поборов выполнялся ударными темпами». Г. КЛИМЕНКО: Я подозреваю, что там что-то личное ко мне. С. КОРОЛЁВ: Нет, человека задел налог на почтовые отправления, которые Вы поддержали. Г. КЛИМЕНКО: Я его поддержал, потому что в электронной коммерции работает примерно около миллиона человек, и мне кажется, что нерационально выгонять их на улицу. С. КОРОЛЁВ: Место №3. Г. КЛИМЕНКО: «Секс с 400 девушками разрушил жизнь британского Казановы». С. КОРОЛЁВ: Ну рассказывайте. Г. КЛИМЕНКО: Я сейчас честно скажу: я не читал. Я специально посмотрел, но есть такие новости, которые читать не надо. Заголовки говорят за них всё. Ещё раз вдумайтесь, включите воображение. Что там мог написать журналист? С. КОРОЛЁВ: Я предположу, что как секс с 400 девушками разрушил жизнь этого человека. Хорошо. Четвёртое место. Опубликовано ранее неизвестное видео казни Муаммара Каддафи. Г. КЛИМЕНКО: Плохое видео. С. КОРОЛЁВ: По качеству? Г. КЛИМЕНКО: И по качеству, и по содержанию. Я посмотрел, это вообще история Ливии, страны, того, как человек много-много лет правил. Можно привести много доводов, но у меня всего один. В истории есть очень трагичные истории, когда низкое образование в обществе. С. КОРОЛЁВ: Давайте пятое место. Г. КЛИМЕНКО: В Уфе убили звезду интернета – транссексуала Анжелу. Я посмотрел кстати. С. КОРОЛЁВ: Но история-то громкая. Помните, там было видео с гаишником? Г. КЛИМЕНКО: Никакой кстати не транссексуал по московским меркам – просто переодетый мужик. Но видимо для Уфы – не тот класс. У нас всё-таки покруче ходят, а в Таиланде просто потрясающие. С. КОРОЛЁВ: Он, оказывается, копил на операцию. Ещё есть новость: «В московской школе подростки изнасиловали 13-летнюю сверстницу». Г. КЛИМЕНКО: Я так понимаю, что это ответ на германскую историю. С. КОРОЛЁВ: А почему такие новости? Это главные новости недели – то, что наиболее часто расшаривается в социальных сетях. Г. КЛИМЕНКО: Во-первых, это хорошо, как ни смешно. Это значит, что других новостей нет в принципе. Надо как-нибудь попробовать зачитать региональные новости. Когда я зачитывал журналистам региональные новости, все плакали от хохота. Повестки дня же в регионах практически нет. С. КОРОЛЁВ: Казань: «Самовольное катание на санно-бобслейной трассе унесло жизни двух подростков». «В одной из квартир Бугульмы найдены тела двух местных жителей». «В Нижнекамске девушка ударила ножом знакомого и выпрыгнула из окна 10 этажа». «Громкое дело о секс-рабстве приросло новым эпизодом». Да, интересные новости. Одни происшествия. Г. КЛИМЕНКО: Они - самые популярные.