Как бугульминцы защищали Францию
100 лет назад продолжилась «година испытаний» России в первой мировой войне. Бугульминцы по-прежнему были полны веры в то, что не оставит их Господь и дарует победу. Многим нашим землякам пришлось сражаться с неприятелем на территории Франции.
Шёл 1916 год. Михаил Филиппович Федин, в прошлом крестьянин, освоил несколько рабочих профессий на паровой мельнице Кузьмина. Начал с кочегара и масленщика, а за сметливость был поставлен на обслуживание динамо-машины, которая вырабатывала электроэнергию, приводящую электродвигатели всей мельницы. Жил Михаил в достатке в собственном доме на улице Широкой (теперь Гафиатуллина) с матерью и двумя детьми.
Дела на Восточном фронте у союзников шли плохо. Российская империя, входившая в ройственный союз, по просьбе Французской республики согласилась отправить на её фронт стрелковый экспедиционный корпус. Третья бригада корпуса была сформирована из чинов запаса Казанской, Самарской и Уфимской губерний.
Михаил несмотря на 32-летний возраст, как и многие жители города и уезда, получил извещение о мобилизации на военную службу. Дежурный по станции Бугульма ударил в колокол, ему отозвался гудок паровоза, и состав, набирая скорость, двинулся по железной дороге на восток, к конечной станции Челябинск. Здесь, в полевом лагере, началась военная подготовка резервистов с использованием стрелкового оружия.
Бугульминцев зачислили в 109-й стрелковый батальон, загрузили в товарные вагоны и повезли через Самарскую губернию в город Архангельск. Затем пересадили на большой пароход. В море узнали, что судно обогнуло Англию и взяло курс на Францию. Плыли без сигналов и огней, спасались немецких подводных лодок. Впереди плыл эсминец-тральщик, он очищал путь от множества установленных неприятелем мин. Участники экспедиции благополучно причалили в порту города Бреста. Собравшиеся жители встретили российских солдат как освободителей. Мужчины и женщины распевали «Марсельезу», выкрикивали: «Виват ля России!». Забрасывали цветами, дарили сигареты, вино…
На вокзале посадили в пассажирские вагоны и повезли в Париж. На остановках девушки раздавали напитки под названием «какава» и «кофейя». Невиданное питьё всем понравилось. Большой колонной они прошли по столице, которая поразила мощёными улицами, многоэтажными домами и великолепными памятниками. Затем их посадили в автомашины и привезли в лагерь Майи. Всех переодели в новую форму, выдали винтовки и ранцы. Начались уучения, смотры.
Через месяц за кончилась парадная жизнь, бойцы оказались на фронте в Шампани, под городом Реймс. Окопы стали для Михаила домом на долгие шесть месяцев. Между боями командование снимало роты на отдых в лагерь.
Монотонная жизнь разбавлялась забавами с бурым медведем, которого привезли с собой солдаты первой бригады. Они ехали во Францию через Сибирь и Дальний Восток, ради забавы купили косолапого зверя на одном из разъездов. Дали ему кличку Земляк, другие просто называли Мишкой. Зверь оказался на редкость дружелюбным. Забавы ради его приучили к сладкому вину, отчего он восторженно ревел и кувыркался всем на потеху.
Приметив балагурство русских, французы подарили диковинную обезьяну. Узнав, что она девочка, солдаты решили, что непристой но обнажённой даме находиться в обществе мужчин, ей сразу снарядили юбку. Новый наряд так пришёлся ей по вкусу, что бойцы, пытавшиеся снять юбку, получали в ответ хорошую трёпку. Шутники, не любившие слабые французские сигареты, раскурив, предложили обезьяне. Та охотно её приняла и потом постоянно просила лакомое угощение.
В январе 1917 года немцы предприняли мощную атаку отравляющим веществом – хлором. Об атаке сообщение разнеслось вовремя. Но эффективной защиты от газа не было. Имевшиеся маски не спасали. Все из окопов бросились в тыл. Многие, обессиленные от долгого быстрого бега, опускались на землю. Это означало смерть. Силы покидали и крепкого Михаила. На счастье, он приметил невдалеке знакомое очертание кузницы. Из последних сил с товарищем нарвали зелёной травы, стали бросать её в ещё горячий горн. От въедливого дыма слезились глаза, мучил нестерпимый кашель. Примкнувший спутник не выдержал, бросился бежать дальше. Михаил остался. Казалось, прошла вечность. В безмолвной тишине он вышел из кузницы. Ужасная картина представилась его глазам. Насколько хватало глаз лежали трупы российских солдат, валялись брошенные ранцы, винтовки. Погибло много лошадей, в панике их никто не отвязал от кормушек. Потом говорили о гибели пятисот россиян, французов же – в несколько раз больше.
Известие о чудесном спасении солдата в кузнице дошло до командования. Михаила вызвали в штаб на допрос. Секрет был прост. Дым, заполнив кузницу, оттеснил хлор, не давая ему проникнуть в помещение. Впоследствии было приказано в окопах иметь запас дров, которые разжигали при очередной атаке хлором. Михаил был представлен к награде медалью и переведён из окопов в тыл кузнецом. В тот трагический день погибли все кузнецы, пытавшиеся спастись бегством.
Владимир САЛЬНИКОВ,
краевед
Фото из архива автора