Америка, наконец, объяснила, за что так ненавидит «Северный поток 2»
Американская политика, наконец, нашла в себе силы откровенно объяснить, за что так ненавидит проект «Северный поток 2». Глашатаем позиции Госдепартамента США стал спецпосланник этого внешнеполитического ведомства по вопросам энергетики Амос Хохштайн, который за последние полгода превратился в главного пиарщика американского СПГ во всем мире.
«Северный поток 2», если верить представителю Госдепа, раздражает Соединенные Штаты по целому ряду причин. В качестве одной их главных Хохштайн назвал то, что данный проект угрожает «экономической жизнеспособности» Украины и Словакии. Однако аргумент выглядит слабым: что же это должна быть за экономика, если ее жизнеспособность зависит от нескольких миллиардов долларов дохода с транзита газа?
Видимо, понимая, что такая причина основной не выглядит, спецпосланник добавил, что «Северный поток 2» углубит разрыв между востоком и западом ЕС. «Он несовместим с единством и национальной безопасностью Европы в целом, а также ее отношениями с такими самыми близкими соседями, как Украина», — полагает Хохштайн.
Проект раскалывает Европу, утверждает представитель американского Госдепа. Причем, по его словам, «Северный поток 2» именно для того и предназначен, поскольку является совсем не коммерческим, а политическим проектом. Правда, в доказательство этой точки зрения он привел довольно странные аргументы.
Хохштайн, в частности, заявил, что этот газопровод будет отправлять в Европу «тот же самый газ тем же самым потребителям, но по новому маршруту при уже существующем вполне приличном маршруте». Спецпосланника явно не смущает, что «вполне приличный маршрут» пролегает по стране с чрезвычайно нестабильной экономикой и находящейся в состоянии «замороженной» гражданской войны.
Кроме того, Хохштайн счел нужным напомнить, что в нынешних условиях ценового кризиса все нефтегазовые компании мира сокращают расходы, «оставляя только те проекты, которые действительно являются самыми выгодными с экономической точки зрения». А «Северный поток 2″, по его мнению, не имеет ничего общего с коммерческой выгодой, поскольку является избыточным.
Этот аргумент выглядит посильнее, но если его принять, то возникает вопрос: почему в невыгодный проект с такой охотой вошли крупнейшие европейские газовые компании? И, наконец, как один газопровод, какой бы мощности он ни был, может разрушить такую прочную, вроде бы, структуру – Евросоюз? Или она не такая уж и прочная?
И лишь в конце своей пламенной речи Амос Хохштайн, наконец, проговорился об истинных причинах нелюбви Белого дома к российскому проекту: «США выражают озабоченность потому, что наша приверженность энергетической и экономической безопасности Европы напрямую связана с нашей заботой о собственной национальной безопасности».
Причем, как заверил представитель американского Госдепартамента, деятельность Совета по энергетике США – ЕС не направлена против России. «Обсуждения направлены на создание и формирование конкуренции российскому газу», — отметил Хохштайн.
Что ж, цель вполне рыночная. И все бы ничего, если бы спецпосланник не «ляпнул» в конце: деятельность Совета позволяет «предоставить нероссийскому газу возможность выхода на рынок, которая в настоящее время у него отсутствует».
Напомним, что Россия занимает около 30% европейского газового рынка. Следовательно, если верить правилам арифметики, 70% газа поставляет европейским потребителям не «Газпром». На самом деле, эти две трети рынка заполняет газ из Норвегии, Катара и Алжира.
Однако, по всей видимости, у Хохштайна своя, американская арифметика. И, согласно ей, единственным способом пропихнуть на рынок ЕС американский сжиженный газ (читай «позаботиться о национальной безопасности») – это выдавить с него российский «Газпром».
А поскольку экономическими методами это сделать невозможно – трубопроводный газ заведомо дешевле СПГ, доставляемого через Атлантику, – приходится использовать политические, то есть, банальное блокирование проекта «Северный поток 2» руками европейских регуляторов.