История нации
Поскольку никакой "нации" как чего-то осязаемого вроде физического тела не имеется, это лишь некий умственный конструкт, ее история сочиняется тоже в виде некоего умственного конструкта, факты для которого собираются из достаточно рыхлой пространственно-временной окрестности. Для ее начала выбирается некий яркий факт - не излагать же, в самом деле, все вплоть до Хомо Хабилиса.
Например, для истории "российской нации" такой точкой выбрано первое упоминание слова "Русь" в летописи, которая была написана лет так на четыреста позже. Почему именно она - неужели тут раньше люди не жили? И почему приход варягов к племенам восточных славян - это история России, а не Швеции? Ведь "русами" назывались именно они.
Примерно в том же духе история продолжается и дальше. В дело, как в лавке старьевщика, идет все, что происходило на некоей территории всю тысячу лет. Алгоритм тут такой: берется территория некоего государства, к которому, как считается, принадлежит конкретная нация, к ней добавляются все территории, которые хоть полдня принадлежали другим государствам - его предшественникам (предшественники определяются весьма приблизительно - с помощью все той же нечеткой логики), и вычитаются территории, которые сейчас принадлежат государствам, к которым приписаны другие нации. Но не всем, а только к сильным государствам. Например, Украина - это Россия, а вот Финляндия - это уже не Россия.
Но в этом безумии есть своя система.
Сама история строится из трех ингредиентов:
1. Откровенная ложь. Этим особо стараются не злоупотреблять, но иногда по-другому не получается, или больно уж романтическая история выходит. Я бы оценил ее количество процентов в 10.
2. Полуправда-полуложь. Вот этой субстанации куда больше - иногда доходит до половины. Сюда идут случаи побед, которые были совсем не победами; пятна на репутации великих людей, которые обладали, бывало, скверными привычками, а то и вовсе не были великими; упрощения для школьников, которые становятся канонам, потому что школьники вырастают и не желают переучиваться, и т.п. Особо заслуживает упоминание лакировка действительности, потому что реальная человеческая история любой нации состоит в основном из грязи и страданий - настолько, что ее даже неловко будет рассказывать инопланетянам.
3. И самое главное - результаты нарратизации. Как учит нас непризнанный психолог Джейнс, нарратизация - одна из базовых свойств сознания. Это процесс выстраивания истории из разрозненных фактов. Не той истории, что в древнем смысле, а той, что в литературном.
Например, сновидения весьма хаотичны, поскольку строятся по принципам ассоциативности, и поэтому с легкостью скачут от одной идеи к другой. Если вам снится, что вы летите, ни в коем случае не смотрите на землю - иначе вы тут же там окажетесь.
Но как только вы просыпаетесь, в дело тут же вступает сознание, которая начинает искать логику в нелогичных ошметках сна и выстраивает из них какую-то историю. Сначала вы хотели то-то, для этого полетели, затем приземлились и пошли туда-то.
Ровно тем же занимается сознание, когда вы вспоминаете свою жизнь или даже сегодняшний день. Выстраивает последовательную историю, выкидывая не лезущие факты и упорядочивая отобранные.
Примерно так же сочиняется и "история" нации. Из бесконечного числа фактов отбираются те, которые соответствуют некоему сюжету. Поскольку нация - продукт модерна, а модерн был помешан на прогрессе, то современные национальные истории в осном строятя на той же идее. Вот такое вот скромное начало, а потом неуклонный рост, прогресс, расширение, а ради этого героический труд (редко), блистательные военные победы (всегда) и прорывы в сфере духа (довольно часто).
Все остальные факты, которые не соответствуют такому рассказу, выкидываются и остаются погребены в толстых книгах. Их же судьбу разделяют факты, которые рассказу соответствуют, но недостаточно красочны - место в национальной истории довольно ограничено, ее же надо вдолбить школьникам, да и вообще ее должен хоть как-то помнить любой средний ум.
Разумеется, понятно, что такая история должна строго соответствовать нынешней государственной идеологии. Соответственно, при смене идеологии меняется и "история нации", факты отбираются заново по новому шаблону.
Например, традиция российской государственности в новое время печально известна резкими сменами идеологии, вместе с которой меняется и "история".
До 1917 года "история нации" (которой не существовало) на деле была историей побед монархической власти, в духе которой и была сочинена "История государства Российского" - продукт столь же идеологический, сколь и историографический. Именно поэтому она начинается с прихода варягов, которые мыслились как первые прототипы российских самодержецев.
В 1917 году сменилась идеология и история стала трактоваться как история народных страданий и героической борьбы с угнетателями, прогресс которой в конце концов привел к установлению советской власти как квинтэссенции народных чаяний.
В 1941 году в военных условиях история была расширена, мрачность прошлого была несколько снижена и оказалось, что там не все было так плохо. Заодно добавили пафоса борьбы с иноземными захватчиками и "крови и почвы" в романтическом немецком духе. "Кровь и почва" после войны на фоне победы над фашистами получила довольно истерические нотки, когда России стали приписываться буквально все достижения человечества.
До перестройки идеология нации радикально не менялась, лишь становясь со временем спокойнее.
В перестройку начался новый радикальный поворот. Теперь уже вся история СССР превратилась в сплошное черное пятно, на фоне которого блистали и переливались неземными цветами "Россия, которую мы потеряли" и "Новая Россия". Прогресс теперь стал видеться как следование единственно возможным путем Запада, в конце которого всех ждет ложе из роз, а СССР - как главным тормозом на этом светлом пути.
Все эти метания и развороты породили грустную шутку о России как стране непредсказуемого... прошлого.
И, наконец, уже во второе правление Путина была сочинена новая история. Это эклектичная идеология, я бы даже сказал, метаидеология, поскольку она дергает уже не факты, как ее предшественницы, а готовые куски из самих предшественниц. Там явственно видны части из истории монархической нации по Ключевскому, к ней густо добавлены "кровь и почва", позаимствованная у черносотенцев, плюс советская концепция дружбы народов, плюс брежневская концепция памяти о войне, плюс некоторые советские успехи (в целом советское время выглядит чуть посветлее, чем в перестройку), плюс совсем уж средневековая идея о Святой Руси, которой угрожают супостаты. Вся эта солянка довольно механично слеплена и поэтому кишит противоречиями, но всем пофиг. Она спроецирована в прошлое, которое мыслится примерно таким же, как сейчас, плюс-минус мелкие отличия в модах. От других эта "история" отличается крайне важной деталью - из нее начисто выкинуто понятие прогресса. Ша, уже никто никуда не идет, и раньше никуда не ходил. Россия зародилась 1000 лет назад великой, пронесла это величие через столетие, несмотря на козни всяких разных завистливых соседей по шарику, и велика сейчас. То есть, это уже история не модернисткая, а типично постмодернистская.
Поглядим, какой будет следующая, и есть ли жизнь после герменевтики квантовой гравитации.
Замечание. Истории всех наций сочиняются примерно по одному лекалу, истории России взяты для примера, так как автор знает их лучше всего. Примерьте описанные принципы к официальной истории своей нации.
Замечание 2. Вот насчет постмодернизма не уверен. Похоже, подобный исторический дискурс - ноу-хау современной РФ.