Эдуард Успенский с Чебурашкой Куда уходит детство – до конца непонятно. С кем уходит – вполне. С теми, чьими глазами мы увидели мир таким, каким его должны видеть дети. В первую очередь – это наши родители. А еще - детские писатели, книжки которых нам вначале читали родители… И именно это чтение связывало поколения. Они, разные, такие не похожие друг на друга, росли на одних букварях человечности. Сегодня не стало автора нескольких таких букварей – Эдуарда Успенского. Придуманное им давно живет и эксплуатируется (даже в виде логотипов и анекдотов) вне его книжек и снятых по ним мультикам. Не только в российской – в мировой культуре. Как известно, Чебурашку обожают в Японии: Чебурашка нравится моим соотечественникам по той же причине, что и российским зрителям: он воплощает все то, что взрослые люди со временем теряют, он трогательный и милый. К тому же в мультфильме про Чебурашку есть легкая грусть, которую навевает музыка в сочетании с образами главных героев. В японском языке есть понятие «югэн» – эстетическая категория, обозначающая прелесть недосказанности. Существует также понятие «ваби-саби» – «скромная красота»: не роскошная, не напыщенная, а утонченная. Японцы очень любят такую красоту. – Макато Накомуро, режиссер и художник-аниматор, автор продолжения мультфильма о Чебурашке и Крокодиле Гене. И все же, начала человечности, придающие миру вид, достойный детского взгляда, остаются в первоисточниках - книжках и мультиках, созданных Успенским и по Успенскому. Мир, утрачивающий это достоинство, по большому счету никому не нужен. Дядя Федор – герой первой книги, которую Успенский написал в 1974 г., работая библиотекарем, был задуман лесником. Борис Заходер предложил автору сделать из него мальчика. Поэтому, говорил Эдуард Николаевич, Дядя Федор получился «взрословатым». Нынешние взрослые «дяди Федоры» и до детской взрословатости порой не дотягивают. Им стоит перечитать Успенского. Не только читая детям. В порядке взрослого чтения. Владимир Кудрявцев
