Уголовное дело по делу о взятках бывшего мэра Старого Оскола продолжают рассматривать в Свердловском районном суде Белгорода. Что произошло со здоровьем подсудимого на прошлой неделе, о чём вновь просили суд адвокаты и какое решение приняла судья на этот раз — в репортаже Бел.Ру. Отменённое заседание — Нормальное самочувствие, Александр Николаевич? — Да пойдёт. С этого диалога судьи с Александром Сергиенко началось очередное заседание по уголовному делу о семи эпизодах взятки. Сегодня по делу бывшего экс-мэра Старого Оскола должен был выступить в качестве свидетеля Владимир Глазкрицкий. Именно у него, по материалам обвинения, экс-мэр Старого Оскола брал взятки. В то же время, как утверждает защита и сам обвиняемый, это его бывший лучший друг. Спойлер — до его допроса не дошло. Дело в том, что этот свидетель должен был выступить по делу ещё 13 февраля. Но заседание отменили, так как Сергиенко стало плохо. По справке из медчасти, от него были жалобы на плохое самочувствие, головокружение, першение в горле и насморк. Обвиняемого осмотрел начальник медчасти, диагноз — гипертонический криз, симптоматическая артериальная гипертензия второй и третьей степени вследствие поликистозной болезни почек и атеросклероза. После того, как судья зачитала содержание справки, защитники заявили о ходатайстве. Адвокат Фабрая так же, как и в прошлые разы, подробно рассказала обо всех проблемах со здоровьем у подсудимого, но в этот раз сделала акцент на произошедшем: «Гипертонический криз — это серьёзное клиническое состояние, при котором происходит резкий подъём артериального давления. Подтвердились риски, описанные в материалах дела». И попросила изменить меру пресечения. Судья спросила, по какому адресу для Сергиенко хотят добиться домашнего ареста. Варианта оказалось два: либо в селе Нижний Ольшанец Белгородского района, либо в квартире сына Евгения в Белгороде. Нет доказательств, что сбежит Далее по ходатайству выступил адвокат Горелик. Он утверждает, что в деле нет доказательств того, что экс-мэр Сергиенко как-то влиял на свидетелей, угрожал или подкупал их или имеет какие-то активы за границей, чтобы «сбежать» туда. По его словам, это те обстоятельства, которые учитывает Верховный суд как основания для не изменения меры пресечения. И напротив, говорит Горелик, есть обстоятельства, которые свидетельствуют о необходимости перехода на домашний арест. «Эта пауза даст ему возможность поправить своё здоровье, накопить сил. Вопрос очень серьёзный, мы часто говорим, что пока гром не грянет — мужик не перекрестится. Так вот не хотелось бы, чтобы этот гром грянул. А мы в преддверии этого, неожиданно может что-то произойти, и мы будем потом в этом разбираться, а цена — человеческая жизнь». И Горелик, и Фабрая считают, что дело уже идёт к завершению, отсюда их подзащитный никак не сможет повлиять на его ход, повлияв на свидетелей: «Мы допросили очень многих людей, никто нигде никак не заявлял о том, что Сергиенко оказывал какое-то давление и влияние. Поэтому тема о том, что он скроется от суда, будет препятствовать восстановлению истины — она высосана из пальца». «Убегать не собираюсь» Александр Сергиенко поддержал ходатайство и пожаловался на плохие условия в СИЗО. «Я не виноват, что у меня такие заболевания. Находиться в следственном изоляторе и здоровому человеку тяжело, хотя оказывается помощь всяческая. Диетическое питание — оно как лечение. Я стараюсь в какой-то мере всё-таки контролировать: приём углеводов и прочего. Но холодильника нет, хранится не больше суток всё, так что это очень сложно выполнить». По словам обвиняемого, у него и «в мыслях не было» как-то воздействовать на участников процесса и нарушать правила домашнего ареста, с которыми он полностью ознакомился. «Ограничьте телефон, интернет, но дайте мне возможность сохранить всё-таки то здоровье, которое у меня на сегодня осталось. Хотелось бы ещё немножко пожить. И дочь у меня — студентка на [дневном] отделении ещё. И я в принципе социализирован, куда-то убегать не собираюсь, это бессмысленно, и каких-то помыслов никогда не было» О гипертоническом кризе Сергиенко говорит неоднозначно. С одной стороны — давление «под 200, нижнее 145», уколы и капельницы, которые он просил делать: «Приступ снимал сам, сам лечился. Да, три дня было очень тяжело, но, наверное, тут сыграли (роль — прим. ред.) магнитные бури. К субботе я уже вышел на прогулку». С другой стороны между подсудимым и судьёй произошёл странный диалог: — Но там же простуда была? — спросила Волощенко. — Это отравление было. По итогам обсуждения прокурор вновь выступила против изменения меры пресечения, сославшись на то, что причины ходатайства не поменялись и апелляционный суд в нём уже отказал. Суд удалился для принятия решения по ходатайству. Решения судьи все присутствующие ждали полтора часа. Итог — отказ в переведении Александра Сергиенко под домашний арест.
