Ходячие мертвецы исключены. Потомственный патологоанатом развенчал главные мифы о профессии

Ежегодно, 19 января профессиональный праздник отмечают патологоанатомы. Хоть об этой профессии написано достаточно много, но множество мифов и домыслов продолжают следовать за специалистами по пятам. Чтобы окончательно развеять эти стереотипы, корреспондент altapress.ru пообщался с потомственным патологоанатомом БСМП №2 Ильей Климачевым и узнал о «восставших мертвецах», помощи живым и нескольких понятиях смерти.

Все подробности - здесь

Это было любопытно

Кажется, что патологоанатомы обречены работать в одном из самых неуютных мест больницы — в морге. Так и хочется спросить: разве вам не страшно? Особенно после стольких фильмов ужасов, в которых мертвецы поднимаются с каталок и медленно идут по душу врача.

На деле же морг — вовсе не такой пугающий, каким его изображают в кино, рассказывает Илья Климачев. В этом он убедился не только за семь лет работы в больнице, но еще во время учебы в университете, когда работал санитаром.

К тому же морг — это вовсе не основное рабочее место патологоанатома. С умершими врач проводит лишь 20% времени, а остальные 80% находится в лаборатории и изучает образцы тканей живых людей.

По мнению Ильи Климачева, патанатомия как ни одна другая наука позволяет подробно исследовать множество заболеваний человека. Патологии сердца, желудка, легких, мозга и многие другие — врач должен знать об особенностях каждой из них. «Патологоанатом — это универсальный специалист, который должен разбираться в самых разных медицинских направлениях для постановки правильного диагноза», — отмечает Илья Климачев.

Можно сказать, что интерес к этой области медицины достался нашему герою от отца — заведующего патологоанатомическим отделением БСМП №2 и главного патологоанатома Алтайского края Владимира Климачева. Уже в 15 лет Илья впервые попал в морг.

«Мне было очень любопытно посмотреть, чем же занимается мой отец и что на самом деле происходит в морге, — вспоминает собеседник. — Честно, сперва было страшновато, тем более там присутствовал специфический запах. Но когда я уже работал санитаром в морге, то было намного легче привыкнуть. И такого запаха в современных моргах уже нет».

Примечательно, что Илья Климачев с ранних лет рос в «медицинской» атмосфере — в его семье все врачи. Он с отцом — патологоанатомы, а его мама с сестрой — акушеры-гинекологи. «Я даже не мог представить себя где-то еще, помимо медицины», — отмечает врач.

Скучать не приходится

Второй распространенный стереотип о работе патологоанатома — он практически не общается с людьми, а только тихо трудится в своем закрытом кабинете. В реальной жизни это вовсе не так. Патологоанатомы тесно общаются с врачами-клиницистами, которые назначают лечение пациенту, а также с хирургами, онкологами, гастроэнтерологами и многими другими.

«Чем точнее врач возьмет образец ткани — из нужного места и из нужного новообразования — тем правильнее будет диагноз. Поэтому мы всегда стараемся помогать друг другу и давать рекомендации», — рассказывает специалист.

При этом Илья Климачев честно признается, что не назвал бы себя очень общительным человеком. «Разговоры с людьми отнимают у меня часть ресурса, особенно с незнакомцами. Но не ручаюсь, что это особенность всех патологоанатомов», — улыбается собеседник.

Врачи обращаются за помощью патологоанатома, чтобы определить точную причину заболевания пациента — поставить финальную точку во всей диагностике. Сделать это можно с помощью образцов ткани, которые врачи берут во время операций, ФГДС, колоноскопии и других процедур — это подозрительные полипы, неправильные родинки, новообразования. Конечно, в патологоанатомическое отделение поступают не полноценные части органов, а только их крошечные образцы.

Задача специалиста — обнаружить опасные заболевания на начальных стадиях, когда пациент даже не чувствует первых симптомов. На основе морфологического заключения патологоанатома врачи могут разработать правильное лечение, которое спасет пациенту жизнь.

«Патологоанатомическая прижизненная диагностика до сих пор — самый достоверный метод, — подчеркивает Илья Климачев. — Работать с микроскопом приходится много времени, но скучать не приходится, ведь каждое заболевание уникально. Сам процесс поиска точной причины патологии и процесс ее развития — очень увлекательный».

Составить целую картину

И все же вскрытия тел умерших — неизменная часть работы патологоанатома. В год в морге происходит более 1 тыс. вскрытий. Соответственно, Илье Климачеву и его коллегам по отделению приходится делать не одно вскрытие в день.

Здесь же проверку не выдерживает третий стереотип о работе патологоанатома — якобы он исследует все тела подряд. На деле же в больничный морг поступают пациенты, умершие естественной смертью. Случаи насильственной смерти (такие как раны от пули или ножа) исследует уже судмедэксперт.

При этом родственники умершего могут отказаться от вскрытия. Например, по религиозным причинам, если у умершего точно известно заболевание и нет признаков насильственной смерти.

Смерть пациента, вопреки заблуждениям, констатируют не в морге, а в отделении реанимации и анестезиологии.

«Есть два понятия смерти: клиническая и биологическая, — объясняет Илья Климачев. — Сначала врач констатирует клиническую смерть — она наступает в результате остановки сердцебиения и дыхания. На этом этапе человека еще можно спасти, например, с помощью реанимации. Если это не помогло, то через определенное время (около 30 минут) врач устанавливает биологическую смерть — необратимые прекращения жизнедеятельности организма. Она сопровождается характерными признаками: снижением температуры тела и появлением трупных пятен».

Благодаря такой тщательной проверке живой человек попасть в морг и тем более на вскрытие не может, успокаивает собеседник. «Мне рассказывали одну байку, что давным-давно один якобы умерший вдруг «воскрес» на каталке. Но сейчас врачи пользуются современным оборудованием, которое позволяет с высокой точностью определить жизненные показатели пациента, поэтому такие случаи исключены», — отмечает врач.

После заполнения документов тело для исследования доставляют из больницы к патологоанатомам. Врач сначала проводит наружный осмотр умершего, а затем приступает к вскрытию и подробно изучает каждую группу органов. Также специалист может взять образцы тканей для более детального исследования под микроскопом. Это помогает составить целую картину патологии, унесшей жизнь пациента – когда и с чего началось заболевание, как оно проходило и к каким привело осложнениям.

В работе с умершими всегда есть риск заразиться, поэтому патологоанатомы используют полный набор средств защиты: халат, маска, шапочка, прочные латексные перчатки, нарукавники и фартук. Кроме этого, есть специальные кольчужные перчатки, защищающие от порезов, а также противочумные костюмы в случае особо опасной инфекции.

Не упустить ничего важного

Вскрытие необходимо не только для посмертного диагноза, но и для развития медицинской науки. На процедуре может присутствовать лечащий врач, чтобы лучше понять механизм возникновения и развития заболевания. Эти знания в дальнейшем помогают в лечении живых пациентов. Однако, как отмечает Илья Климачев, врачи не всегда охотно соглашаются прийти в морг.

«Думаю, для них это морально тяжело, — рассуждает специалист. — Ведь они проводят с пациентом много времени, борясь за его жизнь. К сожалению, болезнь иногда оказывается сильнее».

Собеседник признается, что и сам после работы нередко испытывает волнение. Его главная тревога — не упустить ничего важного: «Я постоянно спрашиваю себя: все ли учел, не допустил ли ошибку и насколько точный поставил диагноз?» Справиться с этой ответственностью патологоанатому помогает постоянная учеба и чтение профессиональной литературы.

Специальные вопросы

— Был ли в вашей работе особенно тяжелый момент?

— Тяжелее всего было работать в пандемию ковида. К сожалению, было большое количество умерших, приходилось работать в очень неудобных защитных костюмах почти круглые сутки семь дней в неделю.

— С какими стереотипами о патологоанатомах вам приходится сталкиваться чаще всего?

— Самый популярный стереотип — это то, что мы постоянно пьем алкоголь. Даже есть такая шутливая поговорка: «Кто спирт не пьет, не кроет матом — тот не патологоанатом». Но наше отделение развенчивает этот миф.

— Как вы относитесь к жизни и смерти?

— Жизнь так устроена, что она может в любой момент оборваться по независящим от человека причинам. Поэтому я всегда всем говорю: нужно радоваться каждому прожитому дню.